Книга Мятежный рейд, страница 131 – Валерий Гуминский

— Тихо? — спросил я дона Ансело, стоявшего на носу корабля. Закутавшись в плащ, Михель неотрывно смотрел в черную даль, откуда текла Рокана. В паре лиг отсюда она делала небольшой изгиб, что могло стать нашей проблемой. Если что-то готовится, мы не сможем сразу отреагировать.

— С берега иногда песни орут, на реке спокойно, — Михель уже привык к моим неожиданным вводным насчет усиленной вахты, поэтому и не задавал лишних вопросов. На совещании я подробно изложил свое видение ситуации, со мной согласились. — Опять Кракен подсказывает?

Спросил с шуткой, но чувствуется, как он надеется на мою мифическую удачу. Скажи кому, что эта удача — всего лишь прихоть всемогущих кураторов, следящих за каждым моим движением, и почему-то считающих, что толику удачи и смелости мне не помешает дать — сразу покрутят пальцем у виска.

— Кракен так далеко по реке не заплывает, — отшутился я и бросил взгляд чуть левее, где находилась излучина Роканы. Глаз уловил странный отсвет, как будто за холмами разожгли гигантский костер. Горизонт посерел, с юга налетел тёплый ветер, басовито загудели леера и натянутые канаты.

— Что-то не по себе, — поежился Михель. — Действительно, такое ощущение появилось, лучше не ложиться спать. А то всё интересное мимо нас пройдёт.

— Ты хотел сказать — проплывёт, — опять пошутил я и вытянул руку. — Погляди туда. Что скажешь?

— Лес горит? — неуверенно спросил дон Ансело.

— А вот сейчас и узнаем, — я, к удивлению друга, стал считать: — Раз. Два… Пять… Девять, десять. А! Видишь?

— Акулье дерьмо! — вытянулся в струнку мой помощник. — Да это же… Игнат, это брандер?

— Самый настоящий! — прорычал я, глядя во все глаза на выплывающее из-за излучины гигантское пламя.

Оно на мгновение застыло, и увлекаемое течением, двинулось к нам, грозя через четверть часа, а то и меньше, влететь во фрегат и спалить его к чертям собачьим. Корветы, благодаря своей осадке, могли жаться к берегу, а вот большой морской корабль никуда не мог деться, оставаясь главной жертвой брандера. Кто его запустил — дело второе. Нужно спасть караван. Иначе и нам достанется.

— Тью! — я схватил парнишку, застывшего у борта, за плечо. — Бегом к капитану Хубальду, поднимай его по тревоге. Скажешь, брандер по курсу, скорость два узла. Выполнять!

— Есть! — Тью рванул со скоростью падающей звезды, грохоча башмаками по палубе и топча вповалку спящих людей. Вслед ему посыпались проклятья.

— Вахтенный! — рявкнул я, оборачиваясь. — Сигнал тревоги! Михель, найди сигнальщика, пусть дает фонарём приказ по каравану: с якоря сниматься, стоять на боевых постах, активировать гравитоны!

Тревожно зазвучала рында, всполошенным звоном подбрасывая спящих на ноги. Через минуту зазвучала боцманская дудка. Адский шум, наверняка, был услышан на берегу и фрегате. Надеюсь, там сообразят, что делать.

На капитанском мостике уже раздавался рёв Оскара, фактически дублировавшего мой приказ. Свистки, крики, заломивший зубы магический фон обрушили и растоптали негу бархатной ночи. Ярко пылающий брандер неумолимо накатывался на порт. С надсадным стоном заскрипела обшивка корветов, пытающихся изо всех сил подняться на воздух, но времени для этого совсем не оставалось. Как я и предполагал, более легкие патрульные корабли счастливо избежали гибели. Заполненная бочками со смолой огромная баржа медленно проплыла мимо них, облизав кончиками пламени борта, и устремилась к фрегату.