Книга Кондотьер, страница 156 – Валерий Гуминский

— Выбросьте из головы дурные мысли, Лесс, — посоветовал я. — Хотя бы до того момента, когда придется передавать товар этому человеку.

— Как думаешь, командор: Котрил скажет про гравитоны флотским? — Рич спрятал свои смертоносные железки, чтобы не пугать жителей городка, изредка попадающихся нам навстречу. А то и без этого шарахаются к заборам или стараются спрятаться за стенами домов.

— В голову Рэйджа не залезешь, к сожалению, — откликнулся я. — По логике, в данной ситуации он должен затаиться и ждать, когда патруль уйдет из Шелкопадов, а потом спокойно получить свое. А с другой стороны, чтобы добиться благосклонности от короля, можно сдать и господина Боссинэ, и меня, и весь караван как преступников. Гравитоны, конечно, ему станут недоступны, но прощение и какой-нибудь подарок от монарха в виде занюханной деревеньки и нескольких сотен акров земли… почему бы и нет?

Так, лениво переговариваясь, мы вернулись в порт. Солнце уже почти полностью ушло за горизонт, окрасив вересковые пустоши остатками багрово-желтого цвета с наползающими лиловыми тенями. Крыши домов еще хранили вкрапления красного от заката, а возле причала, где до сих пор стоял «Олень», зажгли фонари. Суеты стало меньше, усталые рабочие закидывали в огромную сеть тюки с шерстью, чтобы с помощью лебедок переместить ее в трюм.

Увидев нашу компанию, подошел шкипер Айви. Он был слегка навеселе, потому что по времени мужики значительно опережали график разгрузки и погрузки. Одной рукой он зажимал горлышко бутылки, уже наполовину пустой.

— Прошу прощения, господин Боссинэ, — Айви кивнул на бутылку. — Целый день ругался с этими ленивыми скотами. Устали, видите ли, не мешало бы пивком охладиться! Пока не пригрозил старосте, что за такую работу он может лишиться своей доли. Потом дело пошло!

— Хорошо, — наниматель потер руки. — Когда закончите с погрузкой, оставайтесь на месте. Завтра с утра ставлю «Соловья».

— Слушаюсь, — кивнул Айви.

— Пока нас не было, ничего не случилось? — Боссинэ кивнул в сторону корветов, осветившихся габаритными огнями. Намек был более чем понятен.

— Морячки немного перебрали, подрались с местными. Девок не дают портить, видите-ли. Ладно, офицеры это дело пресекли, взяли особо тоскующих по женским телесам под арест. Вроде утихли, — шкипер «Оленя» ухмыльнулся и отхлебнул прямо из бутылки. — Кислятина, а выбросить жалко. Деньги уплачены. А ваши люди, командор, невероятно дисциплинированны. Пока шла разгрузка, следили, чтобы ни одна трюмная пылинка к рукам местных не пристала.

— И даже в трактир за вином не бегали? — сделав вид, что изумился, спросил я.

Рич старательно прятал хищную улыбку. За нарушение дисциплины, за любой «косяк» — магическое словечко командора — будет серьезное наказание. Репутация Игната Сироты, любимчика Кракена, куда страшнее, чем боль от содранной со спины шкуры после розог. Выйдет в море на «Тире» и утопит к чертям собачьим провинившегося. Да и сам Рич внушил своему десятку, охраняющему «Олень», не меньше уважения. До таких высот виртуозного владения ножами ни один из штурмовиков еще не добрался.

— Удивитесь, командор, так и есть, — кивнул Айви. — Да и куда бежать? Сами же видите, что там сейчас творится. Благоразумнее оставаться на месте. Я пообещал им к ужину выдать дополнительную чарку рома за службу. Вы не против?