Книга Командор, страница 74 – Валерий Гуминский

— Проходи, — неожиданно буркнул Хуго, словно получил сигнал из пространства, и отошел от охраняемой двери в сторону. — Кортик и пистолет отдай мне. Нельзя с оружием.

Я пожал плечами и расстегнул пояс. Уже хоть что-то. Упираться рогом не было необходимости. Если Ольмия ввела такое правило в своем доме — хамить не стоит. Толкнул тяжелую дверь — показалось, что она оббита железом и искусно обложена деревянными плашками — вошел в большое помещение, разделенное на две части каменной перегородкой. Два окна смотрят на противоположную от дома улицу, еще два торцевых, из которых хорошо видна таверна Грашара. Приличных размеров камин, обычная деревянная мебель с обилием сундуков вдоль стен, стол возле окна. Он завален бумагами, на краю стопка солидной толщины книг. Света достаточно, чтобы не использовать магические или обычные свечные фонари. Довольно уютно. Даже потолочные балки, визуально съедавшие пространство, гляделись уместно.

Ольма встретила меня в темно-коричневом платье, закрывающем плечи и руки, широкий подол которого едва не подметал пол. На груди висело ожерелье из каких-то интересных на вид черных стеклянных шариков. Очень уж на обсидиан похожи. В Дарсии и Сиверии он невероятно популярен у модниц разных сословий. И не слишком дорогой, но в то же время смотрится элегантно, если умело подобрать наряд.

— Где вы нашли такого красавца? — я снял шляпу и легким поклоном обозначил приветствие.

— Вы о Хуго? — догадалась Ольма. — Надеюсь, он не испугал вас своим видом? Согласна, первая встреча с этим человеком вызывает желание убежать подальше. Меня устраивает такое положение, скрывать не стану. Когда рядом находится личная охрана, обижать одинокую женщину никому не захочется… Хуго служил в пластунском полку на Пакчете, получил тяжелое ранение, едва не умер в военном лазарете Скайдры, куда обычно привозят солдат с острова. Мой муж подобрал парня на городском рынке, где тот за гроши показывал свою страшную рану, голодный, грязный и вшивый, едва оправившийся от болезни. В лазарете долго не задерживаются. Оттуда или на погост, или на улицу. Как хочешь, так и кормись. Хуго подлечили и выбросили из палаты, потому что на его место положили очередного тяжелого раненого. Не знаю, что толкнуло Морна — так звали моего супруга — взять под опеку несчастного парня. Сам он твердил, что обязан помочь человеку, проливавшему кровь за Корону, пусть даже сама Корона не хочет выплачивать достойный пенсион ветерану-калеке. Пять лет назад, если мне не изменяет память, король приказал сократить расходы на инвалидов, ремонт дорог и заодно увеличить налоги. Война — ненасытное чудовище, Игнат. А Хуго теперь верно служит мне и неоднократно говорил, что умрет на пороге дома, не даст злодеям добраться до меня. Он даже спит под дверью на лавке. Сначала я пыталась отговорить его от излишнего рвения, но все тщетно. Поэтому приходится мириться с ворчанием клиентов и заранее договариваться с ними о встрече. Иначе сюда никто не попадет.

Оценщица усмехнулась и жестом руки показала, что готова выслушать меня.

— Вина, может быть? Или холодной воды?

— Спасибо, Ольма, не хочу. Лучше приступим к делу.

Я вытащил из-за пазухи кожаный кисет и высыпал на знакомый бархатный платок черного цвета свои камни.