Книга Ход волхва, страница 195 – Валерий Гуминский

На вид Алексею Семёновичу Гротту было лет сорок пять-пятьдесят. Тёмно-русые волосы тщательно уложены, чуть рыжеватые усы, бородка и округлые скулы делали его похожим на какого-нибудь важного, добродушного в общении профессора. Он словно чего-то ждал, и с облегчением вздохнул, когда Велимир протянул руку для пожатия.

— Прошу, господа, присаживайтесь, — после приветствия Гротт пригласил молодых людей в уголок с мягкой мебелью. — Не угодно ли кофе, чай, или что-то покрепче?

— Благодарствую, не стоит беспокоиться, — отказался Шереметев. — Я вижу, у вас очень плотный график, много людей в приёмной.

— Такова служба губернаторская, — с улыбкой развёл руками чиновник. — В таком случае я вас внимательно слушаю. По какому делу пожаловали? Подождите, дайте угадаю! Яхт-клуб? Какие-то препятствия возникли?

— Угадали, но наполовину, — усмехнулся Велимир, закидывая ногу на ногу. — Клуб, но другой, называется «Ратоборец». Хозяин его некий Бронислав Гринцевич.

— Да, я его знаю, — подтвердил губернатор. — Он приходил ко мне с планом развития сети юношеских спортивных клубов не только в Симбирске, но и в деревнях и посёлках.

— Вот как? — удивился Шереметев.

— Именно так. Господин Гринцевич очень радеет за местную молодёжь, и как он сам объяснил, хочет оторвать её от влияния улицы. А вы сами знаете, насколько тяжела стала криминальная обстановка в фабричных кварталах за последний год.

— А вам не кажется, Алексей Семёнович, что рост криминала как раз связан с деятельностью «Ратоборца»? — Велимир задал вопрос в лоб, не собираясь выслушивать статистику правонарушений. Он мог сам сколько угодно привести примеров, собрав довольно обширное досье свидетельств от владельцев мелких торговых лавок до купеческих товариществ.

— Простите, я не понял вашей претензии, — захлопал глазами губернатор.

— К сожалению, члены «Ратоборца» неправильно понимают идеи господина Гринцевича. Или же сам руководитель проповедует их в таком ключе, что ежедневно в полицейское управление поступают жалобы на бесчинства молодых людей с крепкими кулаками.

— Я знаю об этом, — не стал юлить Гротт. — В заявлениях нет ни единого указания на то, что эта молодёжь посещает «Ратоборца» и каким-то образом связана с патриотическим клубом.

— Патриотическим? — не выдержал Борис, издавая смешок. — Это что за кульбит?

— Две недели назад был утверждён устав клуба, — посмотрел на него без всякого намёка на улыбку губернатор. — Господин Гринцевич любезно ознакомил меня с его основными положениями и планами, весьма амбициозными, надо сказать.

— С ума сойти, — Велимир понял, что Броня его переиграл. Теперь будет очень трудно доказать причастность «ратоборцев» к противоправным действиям. Особенно под таким надёжным прикрытием, как императорская программа по патриотическому воспитанию молодёжи. Да, такая существовала, и охватывала все губернии. — То есть вы хотите сказать, что воспитанники Гринцевича мягкие и пушистые детишки? Например, я сам столкнулся с безобразным поведением «ратоборцев» во время посещения «Сферы». Молодые люди как-то нервно отреагировали на моё появление. И это закончилось банальной дракой.

— Почему же вы сразу не обратились в полицию? — удивился губернатор, и Велимир понял, что этот человек парит в таких высях, откуда земные проблемы совершенно не видны. Он слышал только то, что ему было выгодно для отчётности перед генерал-губернатором. Броня хорошо просчитал его психотип и сыграл грамотно. — И почему вы уверены, что это были именно спортсмены?