Книга Охота за тенями, страница 171 – Валерий Гуминский

— Они всё ещё там? — Никита испытал облегчение.

— Отдыхают голубки, — ухмыльнулся Ульмах. — Но уже поговаривают, что надо заняться делом. Хозяин, кажется, они намереваются заглянуть к тебе в гости.

Фрол Пантелеевич крякнул.

— Засуетились, гады! Надо торопиться, Никита. Не сегодня-завтра появятся.

— А как они попадут сюда, Ульмах? У них есть наводящий маячок?

— Носовой платок из твоего гардероба, Хозяин, - прозвучал неожиданный ответ. — Аурный след достаточно сильный, чтобы с его помощью пробить Изнанку и появиться в твоём доме.

— Кажется, тебя переиграли, сынок, — усмехнулся дед Фрол, вовсе не желая обидеть молодого волхва, впавшего в задумчивость.

— Вопрос в том, где они этот платок достали?

— В Праге, где же ещё, — предположил старик. — Проникли в твою комнату, когда ты отсутствовал, аккуратно изъяли нужную вещь с сильной аурой. Вот же я болван, как сразу-то не догадался, весь особняк перерыл в поисках маячка!

— Да не может такого быть, — неуверенно бросил Никита, а потом понял, что люди, умеющие ходить по Изнанке, на его всевозможные хитрости с замками даже внимания не обратили. Многочисленная агентура Ордоса в Европе могла следить за ним от самого аэропорта, когда он прилетел в Прагу. Баронессу Сегрейв и её напарника навели на комнату Назарова, а дальше было дело техники. Хм, а он даже не заметил пропажи платка. В его багаже их было с десяток, от всех жён с именной вышивкой. Вот такое ненавязчивое напоминание о своих чувствах. Так трогательно.

— Дошло? — усмехнулся дед Фрол, увидев замешательство молодого волхва. — Ладно, чего кулаками после драки махать. Давай делом заниматься.

— Ульмах, веди нас в Изнанку, — приказал Никита.

— Слушаюсь, — демон изобразил поклон, пряча неудовольствие на лице, и неуловимым движением сместился в пространстве вместе с двумя людьми.

Серость и мрак окружили Никиту с Фролом Пантелеевичем. Грязные космы мха и паутины свисали со стен и потолков, крошащихся от протекающего по своим канонам времени. Тянущееся чувство безнадёжности и тоски заползло в душу и стало высасывать энергию жизни. Но руны, заранее начертанные хозяином «Гнезда» на рабочих комбинезонах, упорно сопротивлялись давящей силе Изнанки.

— Вызывай слугу Велеса, — приказал старик, у которого тяжело вздымалась грудь. Лицо Фрола Пантелеевича приобрело мертвенно-серый оттенок.

Тавро, поставленное самим подземным богом, стало разогреваться и невыносимо жечь плечо Никиты. От него вдруг распространилось золотисто-янтарное сияние, разогнавшее сгущающуюся тьму. Где-то вдалеке заревел Зверь, почуяв ауру живых людей. Любой звук в Изнанке терял свою силу и поглощался Изнанкой настолько, что молодой волхв даже своего дыхания не слышал.

Мохнатая лоснящаяся туша медведя появилась перед тем, кто осмелился вызвать его. Зверь заревел, поднявшись на дыбы. Изнанка содрогнулась от воздушных колебаний, и Никите на мгновение показалось, что Тьма скукожилась от страха.

— Покажи ему место, — прохрипел Фрол Пантелеевич, прислонившись к стене.

Никита мысленно приказал Ульмаху перенести его наверх, в кабинет. Зверь, почуяв силу тавра, последовал за ними. Интересно и жутко было смотреть на сгнившую мебель и обвалившиеся оконные проёмы, на вздыбленные от старости полы, неряшливо висящие лохмотья, бывшие когда-то шторами.