Книга Возмездие, страница 206 – Валерий Гуминский

Он хлопнул ладонью по стопке бумаги.

— Не преувеличивай кровожадность Никиты, — расслабился сын. У отца после болезни явно что-то в мозгах сдвинулось. Никогда не считал Назарова первостатейным врагом, а тут вдруг развоевался. Александр предпочёл держать язык на замке, а выводы сделает потом, когда обсудит разговор с Велимиром. Кстати, ему тоже предстоит ощутить гнев папаши. Позвонить нужно Велику, предупредить, чтобы готовился.

— Подожди, ещё не так заговоришь, когда он ощутит вседозволенность от своих способностей, — Шереметев откинулся на спинку кресла. — Всё, Сашка, ступай. Устал я, отдохнуть надо.

«С этого и надо было начинать, а не слюной брызгать», — хотел сказать молодой княжич, но благоразумно прикусил язык, покидая кабинет.

Василий Юрьевич проводил взглядом сына, и как только за ним закрылась дверь, взял в руки телефон, неторопливо пролистал контакты, нашёл необходимый номер.

— Веденей, ты где прячешься, когда хозяин домой вернулся? — полушутя, но всё же добавив голосу металла, спросил он. — Уже копытом бьёшь, несёшься сюда? Подожди, не торопись. Ты в рунах разбираешься? Не совсем чтобы? А кто-нибудь из клановых волхвов? Тоже нет? Коллеги, не связанные клятвами с другими родами? Угу…Тогда тебе задание: найди мне такого человека. Нужно татуировку одну прочитать. Заинтересовала так сильно, что спать не могу… Как только найдёшь спеца, отзвонись. И без него в поместье не заявляйся, выгоню к чертям собачьим! Ну вот, молодец, что понимаешь. Действуй!

Симбирск

Узнав о выздоровлении отца, Велимир испытал двойственное чувство. С одной стороны, он радовался, что Глава Рода вернётся к своим обязанностям, взвалит на себя груз ответственности за семью, а значит, меморандумом можно подтереться. А если смотреть с другого ракурса, папаша своим диктатом прикрутил гайки так, что ни влево, ни вправо не шагнуть, требует согласовывать каждую деталь бизнеса, каждый вдох и выдох. Смерть князя Шереметева могла вознести Александра на самую вершину власти в иерархии Рода, но зная старшего брата, Велимир втайне мог рассчитывать, что он не выдержит такого бремени и сломается. Не умел Сашка быть настойчивым в нужный момент, что и продемонстрировала ситуация с отцом. Жёсткости в нём, может, и хватало, но Велимир считал себя более достойным занять место Главы. Если не в данный момент, то попозже, когда наберётся опыта в управлении — почему бы и нет?

Но возвращение старика к своим обязанностям стало и благом для Шереметевых. Мгновенно прекратились споры и распри между родственниками. Лев вернулся в прайд и одним рыком поставил на место особо ретивых.

— Ладно, пусть всё остаётся по-прежнему, — сделал вывод младший княжич, когда поговорил с Александром. Тот рассказал, как папаша дрючил его за меморандум, обвинял в близорукости и глупости, а Велимир улыбался. Отец не увидел главного: Никита вылечил его, а значит, договорённости теряют силу. Зато сыновья показали свою сплоченность, и глядишь, это обстоятельство заставит князя под иным углом взглянуть на своих наследников.

Свадьба с Аней откладывалась на месяц, а то и на два, так решили Главы родов, пока князь Шереметев полностью не восстановится, поэтому Велимир с удвоенной энергией принялся тренироваться в парке Гончаровой, молотя и разнося мишени в щепки. Через месяц полигон представлял собой печальное зрелище: выломанные деревья, вздыбленная из-за постоянных бомбардировок ледяными глыбами, стрелами и трезубцами земля. Жители близлежащих домов с ужасом глядели на бледно-фиолетовые, сиреневые и голубые всплески магических конструктов и молились богам, чтобы ни одна из этих магоформ не влетела в чей-нибудь дом.