Книга Возмездие, страница 175 – Валерий Гуминский

— Отставить вольности! — рыкнул он. — Равняйсь! Смирно! Вы здесь не на увеселительной прогулке, а на боевых стрельбах. Теоретические зачёты по обращению с огнестрельным оружием все сдали?

— Так точно! — слаженно ответили «лесники».

— Зачётные книжки никто не забыл? У кого не будет — разворачивается и идёт пешком до поселка, — безжалостно произнёс Донской. — Пересдача через месяц.

В ответ — молчание. Глеб удовлетворённо кивнул и продолжил, сознательно не давая команду «вольно»:

— Для стрельбы по мишеням к столам подходят первые пять человек. В магазине восемь патронов. Выбиваете от восьмидесяти до пятидесяти очков — зачёт. Остальные на пересдачу. Вопросы есть? Вопросов нет, вольно! Первая пятёрка к рубежу — бегом!

Первые пять мальчишек сорвались с места и в доли секунд оказались перед столом, натянули наушники, затем ловко защёлкнули магазины, лежавшие рядом с каждым пистолетом, поставили на предохранители и срывающимися голосами доложили, что к стрельбе готовы. Помощник проконтролировал и кивнул, подтверждая их слова.

— Огонь! — приказал Донской и протянул Никите бинокль, чтобы тот полюбовался результатами стрельбы.

Хват у мальчишек правильный. Правая рука чуть согнута в локте, левая ладонь подпирает рукоять снизу, фигура чуть согнута.

Захлопали выстрелы. Никита обратил внимание, что мальчишки не торопились выпустить все восемь пуль разом, а старательно выбирали интервал. Рука у подростка ещё слабая, после выстрела уходит вверх даже с упором, приходилось каждый раз возвращать её в позицию.

В бинокль хорошо видно, как в мишенях появляются чёрные дырки от пуль. Много, конечно, уходит или влево, или вправо, но и в центр пару раз прилетело. Один за другим юные стрелки отчитываются о законченной стрельбе. Помощник снова прошёлся вдоль стола, проверяя каждый пистолет и выщёлкивая пустые магазины.

Глеб вскинул бинокль и стал объявлять результаты:

— Самойлов — пятьдесят пять, зачёт! Рахимов — пятьдесят восемь, зачёт! Фалилеев — шестьдесят восемь, зачёт! Бушман — сорок, пересдача! Костриков — сорок девять, пересдача! Теперь взяли свежие мишени и поменяли, бегом!

Никита, чтобы не мешать Глебу — всё равно ведь не поговоришь, когда идёт интенсивная стрельба — вместе со Слоном и Лязгуном присели на травке, впервые за долгое время ощущая негу от ничегонеделанья. Заодно поглядывали, с каким энтузиазмом мальчишки обращаются с оружием. И никто из пятнадцати человек не допустил нарушений на рубеже. Донской и в самом деле неплохую смену готовит.

Разомлев на солнышке, Никита мыслями умчался в «Изумруд», где за жизнь Шереметева уже третьи сутки боролись Ольга с профессором Кошкиным и доктором Бородиным. Произошло удивительное: магический бульон смог остановить агрессивное распространение некротического заклятия, но, к сожалению, пока никаких улучшений не заметно. Наступило шаткое равновесие, что тоже не внушало оптимизма.

Главное, княжичи уехали, под ногами не путаются, ненужные советы не дают. Александру надо было заниматься делами Рода, а Велимира ждал Симбирск. Никита подозревал, что младший Шереметев просто устал находиться в неопределённости. Профессор Кошкин откровенно предупредил о невозможности определить, в какой сейчас фазе находится лечение. А значит, нет смысла торчать возле биокапсулы. Завуалированный намёк на то, чтобы молодые люди не мешали специалистам своим присутствием.