Книга Путь воина, страница 22 – Валерий Гуминский

— Здравствуй, Никита, — голос князя, как всегда, был спокойным, бархатистым и обволакивающим. — С чего такой интересный вывод?

— Давно не звонили, — повторил слова Тамары волхв.

— А почему бы тебе самому не позвонить старику? — пожурил Никиту Балахнин. — Эх, молодые, все куда-то несетесь, даже времени не выберете, чтобы пообщаться с нами… Если серьезно, я слышал о твоих проблемах, которые ты в эти месяцы решал, поэтому и не хотел мешать.

— Ждали развязки?

— В какой-то мере — да. Нет, я был уверен в твоем успехе, но очень сильно заволновался, услышав про нападение на вологодскую усадьбу. У вас все в порядке?

«Раз волновался, почему не помог?» — неприязненно подумал Никита, с трудом удержав вопрос на языке.

— Более чем. Незначительные разрушения уже ликвидировали.

— Здорово… — Балахнин помолчал, прокручивая в голове услышанную новость, пусть и строго дозированную. — Как ты смотришь на то, чтобы встретиться, поговорить? У меня появились интересная информация, хотелось бы обсудить ее с тобой, как с наиболее знающим человеком.

— Ой ли, Алексей Изотович? — удивился Никита. — А почему не сразу к Иерархам? Уж они-то со своим жизненным и профессиональным опытом сразу все по полочкам разложат.

— Считай, что это мой каприз, — рассмеялся князь. — Каков твой ответ?

— Почему бы и не встретиться, — Никита покосился на жен, болтавших между собой и совершенно не обращавших внимание на супруга. — Завтра вас устроит?

— Абсолютно. Как насчет прогулки по парку? Сейчас хорошие погоды стоят, не хочется сидеть в душных ресторанах. Предлагаю Екатерингофку.

Никита едва не рассмеялся. Каким-то мистическим местом стал этот парк, что уже второй раз ему предлагают встречу именно там. Правда, в начале лета Екатерингофка выглядит очень живописно. Пруд, тенистые аллеи, многочисленные павильончики — почему бы и нет? Правда, зимой он гулял там с хорошенькой итальянкой.

— Не возражаю, — ответил Никита. — В полдень.

— Прекрасно. Буду вас ждать у входа. Всего хорошего, Никита. И передайте привет вашим восхитительным женам.

Балахнин отключился первым. А Никита, конечно же, не забыл выполнить просьбу князя. Тамара фыркнула и пояснила свою реакцию:

— Настоящий ловелас! Мне кажется, он до сих пор испытывает разочарование, что не смог своего сынка пристроить под бочок Меньшиковых.

— А такое было? — заинтересовался муж.

— До поездки в Албазин очень активно с папенькой контактировал, намеки недвусмысленные были. Но в тот момент дядя Саша пытался для меня на европейском рынке женихов найти.

— Выходит, отец невольно помог тебе, — улыбнулся Никита.

— С какой стороны посмотреть, — вздохнула Тамара.

Переходы из Вологды в Петербург и обратно стали настолько рутинным событием, что Никита уже не ощущал ту грань, где начинается и оканчивается телепорт. Если бы не подвал, куда приходилось спускаться, то и вовсе ничего необычного. Мгновение перехода в кромешной тьме — и вот за твоей спиной находится пятьсот с лишним километров пути. Все-таки Костя Назаров-Краусе сотворил великолепный технологический шедевр, работающий без перебоев.

В петербургском особняке стояла обычная для рабочего дня тишина. Олег Полозов с Настей уехали во Владивосток вместо теплой Адриатики. Побратим все-таки решил закрыть свой гештальт с князем Макаровым и его дочерью. Не хотел бывший потайник быть обязанным кому-то и извиниться за данное впопыхах слово. Настя не возражала, и даже готова была ехать за любимым человеком хоть на Аляску, предстань такая возможность.