Книга Время воина, страница 49 – Валерий Гуминский

Домашний арест не ограничивал передвижение младшего князя рода Бельских. Он мог выходить даже во внутренний двор для прогулок, но за ворота его уже не пускали. Все имение оказалось под плотным контролем гвардейцев, являвшихся, по сути, клановыми бойцами Меньшиковых.

Великий князь снова открыл папку с допросами оставшихся в живых наемников и родственников атамана Борецкого. Даже умудрились найти Авиновых из тех, кто остался жив после странного происшествия в поселке, когда вся семья оказалась погребенной в ледяном коконе, и то благодаря тому, что находились в другом месте. В третий или четвертый раз прочитал показания, почесывая тупым кончиком карандаша бровь. И ничего не понимал. Наемник, захваченный телохранителем Тамары, утверждал, что за несколько дней до покушения на дочку и вторую жену Никиты в поселок к Борецкому приезжал какой-то человек, не местный, и даже не из Устюга. Именно после его визита атаман дал особый приказ. Он заметно волновался, когда говорил, кого нужно «исполнить».

Меньшикова покоробило это «исполнить». Как будто обыденность, подкараулить молодую красивую женщину и прихлопнуть ее как надоедливую муху. При том, что она княжеских кровей, аристократка. Ладно, эмоции оставим «на потом». Самое интересное, что Борецкий никому больше не говорил о предстоящей акции. Наемники как один утверждали об этом. Никто не знал, куда уходит группа Грая и зачем. Незнакомца видели впервые, имени его не знают. Получается, атаман играл какую-то иную партию, а ниточки заговора тянулись к людям, чьи силуэты стали пробиваться через тьму непоняток. Вот именно, что силуэты, исчезающие при первых лучах солнца.

Бельские здесь оказались не при чем. Вернее, как раз они и были основными фигурантами по делу о разорении государственных земель, нанесении вреда имперской казне, о тайном сговоре с иностранными гражданами, о выводе золота на зарубежные счета… Накопали прилично. Особое дело о покушении на жизнь семьи Васильевых отложили отдельно, по нему работают следователи. Сидели бы тихо, потихоньку прикарманивая неучтенное золотишко — не попали бы под карающую длань императора. Теперь по совокупности преступлений Ваньке каторга светит, а Олежке придется ой как трудно доказать свою непричастность к произошедшему. Небось, сейчас к Александру на прием прорывается, дабы поклясться в верности Меньшиковым. С него станется и на колени упасть. Или все-таки замараны устюжские князья в попытке устранить Тамару?

Не то что бы Константин Михайлович таил зло на Бельских — но они были связаны прочной ниточкой с Шереметевыми, который в свою очередь симпатизируют князю Балахнину. Не хочешь, да задумаешься, а не оттуда ли несет вонью выгребной ямы?

Меньшиков простучал пальцами дробь по столу. Вышло не очень. Сукно скрадывало звуки. Он поморщился. Борецкий не пойман, а без него показательная кара ослушников выглядит как-то… наивно, без аргументов и солидного фундамента. Никто не испугается, не внемлет предупреждению, а значит, попытка устранить кого-то из императорского клана повторится. Надо сказать, действовали грамотно с точки зрения политического резонанса. Тамара сейчас не на виду, ведет скромную жизнь провинциальной аристократки, поэтому покушение на нее выглядит как попытка предупредить и Никиту Назарова, и Меньшиковых. А вот с Катей такой фокус вряд ли прошел бы. Она — персона известная, жена молодого и перспективного дипломата, просто так к ней не подберешься.