Книга Время воина, страница 225 – Валерий Гуминский

Велимир Шереметев.

Илья Балахнин.

Владимир Оболенский.

Юрий Пушкин.

Василий Голенищев.

Борис Волынский.

Если за креатуру цесаревича Никита был абсолютно спокоен, а Велимира и Илью он знал как облупленных, то последний из списка ему не был знаком. Вернее, Никита знал, что у князя Волынского есть два сына и две дочери. Старший — Андрей — уже серьезно привлекается к делам Рода, имеет право голоса наравне с отцом и дядей. А вот про Бориса мало что известно. И вообще было непонятно, в России ли он сейчас находится или учится в Праге, куда уехал пять или шесть лет назад. А если приехал? Какую роль в семье уготовил для него отец?

«Проверь, где сейчас находится Борис Волынский, — Никита набирал текст, изредка поглядывая по сторонам. Полностью оградить себя от чужих взглядов невозможно, и кто-то сейчас с любопытством или настороженно поглядывает на него. — Если в России — когда вернулся из-за рубежа».

В это время ведущий объявил перерыв на подсчет голосов и предложил пока веселиться, на что не последовало возражений. Сразу в нескольких местах бабахнули хлопушки, в воздух взвились тучи конфетти. Зазвучала медленная музыка, все рассыпались по сторонам, оставляя только пары, решившие потанцевать.

— Не развлечете ли одинокую девушку танцем, сеньор Джакетти? — раздался рядом с Никитой девичий голос.

Марта улыбалась, словно встретила старого знакомого. Ее грудь волнующе приподнималась, а глаза под маской уже были слегка расфокусированы от выпитого шампанского.

— Охотно помогу развеять ваше одиночество, — Никита положил телефон в карман пиджака, сделал шаг вперед и обхватил Марту за талию. Девушка положила ему руки на плечо, и они оба от стены стали медленно перемещаться в центр танцпола.

Марта двигалась грациозно, заодно показывая свою чувственность. Ее аура полыхала алыми и зелеными огнями, скручиваясь в спирали и взрываясь золотыми протуберанцами.

— С трудом верится, что такая девушка скучает в одиночестве, — закинул крючок Никита. Ведь он так и не видел кавалера, с которым пришла Марта, или ее подругу. Одиночные пригласительные не давались никому. Или Никита ничего не знал о тайных механизмах вечеринки, затеянной цесаревичем Владиславом под присмотром государя.

— Представьте себе, сеньор Джакетти, так оно и есть, — вздохнула девушка, плотно прижавшись к Никите, обдавая его запахом духов и вина. — Я действительно ощущаю одиночество, хотя пришла с молодым человеком.

— Почему я не видел его рядом с вами, Марта? — волхв ощутил жар тела через тонкую ткань платья.

— Я его боюсь, — горячо прошептала девушка ему на ухо. Со стороны это могло показаться вполне обыденным делом, но Никита заподозрил, что все эти телодвижения не случайны. Да и в голосе неподдельная тревога.

— Он такой страшный? — попробовал пошутить волхв.

— Меня заставили его провести на вечеринку! Он и так какой-то странный, а тут вовсе что-то удумал! Я чувствую, что все плохо закончится! — бессвязно зашептала Марта.

— Почему? И кто вас заставил? — Никита торопился, потому что музыка вот-вот должна закончиться, пары распадутся, и не ходить же за девицей под прицелом Тамариных глаз!

— Алексей сказал, что ему нужно пройти в «Фиесту», чтобы встретиться с одним человеком.

— И вы из-за этого боитесь, милая Марта?