Книга Симбионт 2, страница 215 – Валерий Гуминский

— Матвей Тимофеевич, вы решили вести двойную игру? — напрямую спросил Дружинин, забрав свой бокал. Сжав его широкой ладонью с риском раздавить хрупкое стекло, он пристально поглядел на секретаря.

— Не понимаю вас, Александр Егорович, — осторожно проговорил Басаврюк. — Переговоры идут честно и открыто. Все высказали свои пожелания, осталось только привести их к общему знаменателю.

— Каким образом Мустафа Хабиров узнал об участии моего сына в освобождении девушек?

— А что произошло?

— Ночью под магическим «скрытом» в общежитие университета проникли двое человек Мустафы, использовали отмычку и забрались в комнату сына и его друга.

— Я здесь не при чём, — твёрдо заявил Басаврюк. — Во-первых, я с Мустафой вообще никаких контактов не имею. О том, что девушки находятся в его доме, узнать было просто. Спецы взломали защиту, через камеры и телефоны сняли всю информацию. Кстати, кто-то ещё довольно плотно следил за старейшиной слободки, тщательно подчищая следы своего пребывания на чужом сервере.

— Как же отследили? — с иронией спросил Дружинин, подумав о Луизе.

— По синхронному перескакиванию сигнала с одной частоты на другую. Со стороны это выглядит как короткий шум на каждой частоте, а не как устойчивый подозрительный сигнал, — пояснил Басаврюк, как будто сам занимался подобной деятельностью. — Впрочем, цель была в другом: по отслеживанию телефона Нарбека установить местонахождение девушек. Контрабандист часто менял номера, поэтому слежка шла довольно долго.

— То есть ваши люди следили именно за контрабандистом, а не за Мустафой?

— Не наши люди, а кибер-полиция, — поправил Дружинина Басаврюк и сделал глоток ароматного напитка. — Мы лишь использовали сведения для своих целей. Скоро в Уральск приедут инспекторы и начнут тотальную проверку местного департамента. Оренбург, кстати, тоже в зоне их интересов.

— Это меня не касается, — отмахнулся Александр Егорович и осушил бокал парой глотков. Закусил шоколадом. — Кстати, а что «во-вторых»?

— Да, конечно же, — улыбнулся Басаврюк и легонько пристукнул ладонью по своему лбу. Дескать, забыл. — Во-вторых, нужно учитывать, что рыцари-освободители оставили в живых экипаж буксировщика, хотя с бандой расправились довольно радикально. Полагаю, в конечной точке плавания капитана корабля ждали подельники Нарбека, и он рассказал много интересного. Предполагаю такой вариант: на судне стояли видеокамеры, на них Михаил и засветился. Наиболее логичным выглядит ответ, что оставшиеся бандиты именно так и поняли, кто причастен к нападению на их дружков.

— Подходит. Но почему к другим не заявились?

— Потому что ваш сын — наиболее лакомая цель для шантажа.

— Я могу это поганое гнездо выжечь магией, и плевать на последствия, — рыкнул Дружинин. — Неужели они этого не понимают?

— В головы людям не залезешь, — развёл руками Басаврюк. — Я думаю, с Михаилом ничего не случится. Мустафа для первого раза попробует запугать мальчика, выставить свои условия. Надеюсь, вы проинструктировали сына, как действовать?

— Вопрос, зачем мне всё это надо? — проворчал Дружинин. — Если я получу доказательство причастности Мустафы ко всем грязным делишкам, выжгу змеиное логово дотла.

— А с Германом Исаевичем вы уже договорились? — с хитрецой прищурился Галкин. — Негоже лезть в чужой монастырь со своими намерениями.