Книга Симбионт, страница 222 – Валерий Гуминский

— А сам чем занимаешься? — полюбопытствовал я.

— Установкой киберимплантов в период выращивания клонов, — ошарашил меня Гриша. — Я после окончания Казанского университета вернулся в Уральск и сразу получил приглашение в концерн «Альтаир», сейчас там прохожу двухгодичную практику.

Я присвистнул. «Альтаир» считался чуть ли не передовым концерном по выращиванию клонов. Ничего удивительного, что молодые специалисты рвались работать именно там. Про два года практики Гриша не заливал. Так оно и было. За это время становилось понятно, кто на что способен. Отчислений почти не случалось, каждому находилась должность.

Были ещё «Спутник» и «Пульсар» — конкуренты «Альтаира». Но я подозреваю, за всеми ними стоят люди, объединённые одной целью: взять под контроль технологию рекуперации, которая до сих пор имеет огромный потенциал для развития. Вот кибернетические импланты, к примеру, совсем молодое направление, сейчас активно осваиваемое во всём мире. В России тоже не отстают. Представьте себе, что в созревающий клон, то есть в его ткани, начинают вживлять разнообразные импланты, вроде глазных компьютеризированных систем, способных давать человеку не только обычное зрение с возможностью улучшения и напрямую входить в инфосеть, но и сканировать любой биологический и физический объект с выдачей основных параметров. А укрепление мышц скелета позволит повысить физическую выносливость человека. Да много чего: сосуды из биопластика, дополнительное сердце, баллистические процессоры на ладони, которые позволят привязывать оружие к себе, после чего ни один посторонний не сможет воспользоваться им. Не говоря уже об отслеживании разнообразных вещей, с которых кожные датчики сняли слепки. Но это пока только разработки, как уверил меня Гриша. Ха-ха, так я и поверил. Сто пудов, где-то уже бродят люди, однажды умершие и получившие вторую жизнь в виде кибер-клона.

«Ни хрена себе, сказал я себе, — майор Субботин тоже ошалел от такого рассказа. — А заверните мне, пожалуйста, два таких».

«Хочешь получить тело клона с имплантами? — усмехнулся я. — Или же обычного человека без этих всяких технологических наворотов?»

«Я ещё подумаю, — разумно ответил тёзка. — Мы же созданы по образу и подобию божьему, а вмешательство в смерть человеческую создаёт глубочайшее противоречие с его заповедями».

«Да брось, клонирование уже давно принято церковью, как жизненная необходимость. Мы же находимся в перманентной войне с Европой, которая спит и видит, как завладеть нашими ресурсами. У них-то с ними большие проблемы, особенно в свете технологического рывка. Нужны редкоземельные металлы, энергия, плодородные земли. Это всё есть у нас, поэтому последние двадцать лет идёт подготовка к будущей войне, в которой победит тот, у кого окажутся наиболее продвинутые технологии. Но в России до сих пор считают, что войну выиграет пехота. А значит, людей должно быть много. В этом и смысл рекуперации. Продлить жизнь».

«Насчёт пехоты всё верно, — задумчиво проговорил Субботин. — Но хотелось бы, чтобы у неё были такие технологии, что спасут тысячи жизней. Я не верю, что каждого погибшего солдата заменит его клон. Слишком расточительно для государства».

Я промолчал. А о чём говорить? Всё правильно. Легче создать два-три батальона кибер-солдат, которые поставят на уши тылы противника на всём протяжении боевого соприкосновения. И магии не нужно.