Книга Симбионт, страница 150 – Валерий Гуминский

— Все слепки аур сняты, — окутываясь дымом, Коренев распахнул пиджак и закинул ногу на ногу. — В номере находились шестеро мужчин и одна особа женского пола, но вы уже об этом знаете.

— Не знал, что здесь был ещё один мужчина, — насторожился Мирской. — Разве не господин Дружинин убил людей графа Татищева и официанта, работавшего в отеле? Что же получается, они перестреляли друг друга, как и в ресторане?

— Все они убиты из одного пистолета, — кивнул эксперт на пакет с лежащим в нём разобранным на части оружием. — На нём аура того же человека, что фигурирует по делу об убийстве в ресторане «Европа». Физические отпечатки стёрты, увы.

— Час от часу не легче, — Мирской потёр ладонью лоб. — Телохранитель высочайшего уровня? Его же не было ни на одной из камер. Как он проник в номер?

Мужчины, как по команде, посмотрели на распахнутую балконную дверь. Один из оперативников заметил их интерес и сказал:

— На балкон невозможно забраться. Пожарная лестница проходит в десяти метрах от этой секции. Требуется недюжинная акробатическая подготовка, чтобы по террасам пробраться в этот номер. Исключено. Скорее всего, дверь открывал кто-то из находившихся внутри людей. Может быть, стало жарко…

— Или пытались выбросить с балкона молодых людей, — проворчал Коренев. — Попытка суицида, к примеру.

— Нет, так дело не пойдёт, — раздражённо произнёс Мирской и помахал перед собой рукой, разгоняя табачный дым. — Сплошные загадки, только усугубляющие следствие. Самое забавное, все улики показывают на Михаила Дружинина, а потом оказывается, что он и не убивал никого. А мы имеем некоего ангела-хранителя, появляющегося из ниоткуда и так же спокойно покидающего место преступления. Почерк один и тот же. Поражение противника и следом добивание. На одного человека он тратит по две-три пули, а потом раскидывает оружие на части, как будто хочет оставить послание.

— Наёмный убийца, ассасин, киллер, — блеснул эрудицией Август Юльевич, совершенно не стесняясь дымить при Мирском, который, как было известно всему департаменту, не переносил на дух, когда кто-то курил рядом. — Очень схожий почерк с «Европой». Объединяйте два дела в одно.

— Иначе и быть не может, — кивнул Мирской и стал прохаживаться по чистому участку пола, иногда поглядывая на пакеты, в которых лежали пистолеты и гильзы, но раскиданный по частям привлекал его внимание больше других.

— Тогда назовите его «Дело об ангеле-хранителе», — с серьёзным выражением лица сказал Коренев.

— Всё бы вам шутить, Август Юльевич, — усмехнулся следователь. — А вот мне не до смеха. Утром такое начнётся… Мне градоначальник обязательно головомойку устроит. Боюсь, придётся брать под стражу молодого человека.

— А вы, Игорь Евсеевич, верите в убийственные способности юноши? — задумчиво глядя на тлеющий кончик сигареты, спросил эксперт. — Он ведь одарённый, его к Оку Ра подносили через год после появления на свет. Такой и руками голову открутит.

— Мой разум раскалывается от логических несоответствий, — пожаловался Мирской. — Улики показывают на другого человека, а разум шепчет, что надо брать в разработку Дружинина.

— Так и берите, — Коренев встал и вышел на балкон, чтобы отправить докуренную сигарету в полёт. Красный росчерк в темноте мелькнул и исчез, а эксперт бодро вернулся в гостиную. — Посадите на пару дней за решётку, помучьте допросами, авось и расколется. Что за девушка с ним была, выяснили?