Книга Герои чужой войны 2, страница 201 – Валерий Гуминский

Наступающая вторая шеренга не могла ударить сбоку, так как узкая дорога с одной стороны обрывалась крутой обочиной, а с другой шел холмистый увал с нависающим каменным козырьком. Позиция что надо. Случись обвал — всех похоронит. И могилу копать не надо.

Орки поступили по-другому. Они отбросили щиты и лихо кинулись на наш строй, а следом их подпирали остальные. Сшиблись. Я не успел отбросить свой кол и с вытаращенными глазами воткнул его в живот ближайшего орка, с раззявленным ртом кинувшегося на меня. Конечно, острие не пробило жесткие кожаные доспехи лесовика, но значительно замедлило его движение. Что-то вереща на своем басурманском, орк замахал топором, пытаясь перерубить жердь пополам. А я из-зо всех сил сдерживал его, как медведя, поднятого из берлоги. Даже смешно стало не ко времени. Вокруг стоял звон стали, дикие выкрики, кому-то уже было все равно. Но мы попятились, невозможно было удерживать такой дикий натиск вчетвером.

Помощь пришла вовремя. Наши стрелки посчитали, что хватит тратить стрелы, тем более что позиция для комфортного вышибания противника не самая удачная.

Мне помогла Альва. Все-таки я зацепил чем-то эльфийку! Не рядом со своим ненаглядным Алассе бьется, а ко мне на выручку поспешила. С бешенным криком, в котором ничего нельзя было разобрать, она рубанула мечом по топорищу и заставила орка оступить на два шага. Перекрестный мах — лесовик только и успел выставить свое оружие, защищая грудь, как ему в сочленение доспеха вонзился кинжал. Клинок вошел точно в бок между ребрами. Орк взвизгнул, пытаясь достать топором мелькающую перед ним соперницу, но дело довершил я, врезав ему щербатым мечом по открытой шее.

Щенок за спиной уже во весь голос орал, не понимая, что происходит снаружи. Самое плохое, он же стал вырываться из мешка. Вот же гадство! Упадет под ноги — затопчут его, не поморщившись!

Успел окинуть пятачок, на котором схлестнулись оба отряда. Наши еще держатся. Но орков больше, гораздо больше. Видимо, мы наткнулись на клан, шедший из самых дальних уголков Чернолесья. Их было не меньше тридцати бойцов, но даже с учетом убитых мы не уполовинили нападавших.

Бежать нет смысла. Догонят. Во все времена на плечах убегающих врывались в крепости. Нас просто порубят. Ну, значит, судьба. Орки попались умелые. Они принимали на щиты удары мечей, парировали их и сами переходили в наступление. Вот почему все наши осознанно вставали в пары, помогая друг другу. Спина к спине, бок о бок. Я же пристролся к Альве и Мавару, заодно приглядывая за обочиной, по которой орки еще могли нас обойти. Пока никто не рискнул по каменистой осыпи совершить фланговый охват. Ничего хорошего этот маневр не принесет. Я в любом случае успею срубить смельчака. Позиция позволяла.

А рука-то уже устала! И пот ручьями льется, норовя попасть в глаза. Свободной рукой смахиваю капли со лба, подставляю меч под размашистый удар топора противника, и морщусь. Всю кисть отбили, паразиты! Нет, не устоим!

— Кос! — несется отчаянный крик эльфийки.

Я машинально перехватываю рукоять меча двумя руками и выставляю его навстречу мелькнувшей тени. Мощный удар сотряс все предплечье. Меч отлетает в сторону, руку обжигает болью.

Удар был настолько силен, что я не устоял на ногах и полетел с обочины вниз в заросли, улавливая слухом отчаянный скулеж щенка. Он ведь как-то умудрился зацепиться за мою шею, добавляя к боли в руке жгучие царапки от своих совсем не детских когтей.