Книга Дорога в грядущее, страница 6 – Валерий Гуминский

— Дело серьёзное, не терпит отлагательств?

— Именно что не терпит, — кивнул Никита. — Есть подозрение на подготовку теракта по отношению к императорскому Роду.

— Даже так? — ничуть не удивился граф. — Целый Род, включая наследника, тётушек и дядюшек?

— Речь идёт о всей прямой линии Меньшиковых, чьи мужчины могут занять престол.

— На основании чего появились эти подозрения? — кончик трости откинул маленький кусочек отколовшегося бордюрного камня в сторону. — У тебя появились независимые источники вроде той симпатичной итальянки?

— Нет, в этот раз совершенно иные, — Никита колебался, не зная, как именно подать новость о Полине. Он доверял Сумарокову и верил, что тот не станет распространять ценнейшую информацию вне круга доверенных людей. А кто у него доверенный? Те, кто входит в систему Ордена. Исключение составляет император с его Кабинетом Министров. Ему всё равно придётся докладывать. Втёмную Меньшиковых не используешь, увы.

— Говори, Князь, не мнись, — граф скользнул взглядом по задумчивому лицу Никиты. — Мне кажется, ты опасаешься утечки с моей стороны? Уверяю, её не будет. Императору пойдёт только та информация, которую я посчитаю нужным передать.

— Хорошо, Святослав Бориславич, — вздохнул молодой волхв. — У меня появился очень ценный информатор, который и предупредил о летнем теракте. Яхту, на которой будет отдыхать всё семейство Меньшиковых, по крайней мере, большая его часть, взорвут в море.

Стук тросточки стал отчётливо громким. Сумароков молчал некоторое время, обдумывая слова молодого волхва. Чем он подкупал Никиту, так это своей неторопливостью и тщательным анализом услышанного, прежде чем что-то сказать.

— Крым? — последовал вопрос.

— Да.

— Меньшиковы отдыхают там каждый год в июле, но не всем семейством, — возразил граф. — Это требование выполняется уже двести лет, и редкий случай, когда императорский Род полностью выезжал в Крым. Я на своём веку этого не помню. Почему же именно сейчас они должны изменить своему правилу?

— Пока не могу сказать. Возможно, на такое решение повлияет игра, которую ведут спецслужбы.

— Великий князь Михаил пока не проявил себя заинтересованным лицом в плане захвата власти, — откровенно проговорил Сумароков, при этом понизив голос. — Где-то мы не дорабатываем. Ты же понимаешь, Никита, что неважно, кто даёт информацию. Важно, насколько она верна. Поэтому я не стану у тебя допытываться о лице, принёсшем в клювике новость. Более того, сам могу сказать, кто это.

— Любопытно, — усмехнулся волхв, останавливаясь вслед за графом возле пожилой женщины с лотком, на котором лежали разного размера кульки с семечками и зёрнами для птиц.

Сумароков купил один такой кулёк и кивнул на пустующую скамейку неподалёку от чаши фонтана, ещё не функционирующего. Они сели, Святослав Бориславич зашуршал бумагой и кинул горсть зёрен на асфальт, куда сразу же рванули голуби.

— Сведения расплывчаты, без указаний на какое-то определённое лицо или группу лиц, готовящих ликвидацию, — прервал молчание граф. — Слишком много недомолвок, да и твоё поведение, Князь, наталкивает на мысль о некоем Ведуне, которого ты хорошо знаешь, отчего и вышел на меня с такой странной информацией.

— Хороший ход, — одобрил выводы Сумарокова Никита.

— Учитывая вышесказанное… — собеседник прервался, чтобы высыпать ещё горсть зёрен жадно клюющим птицам, — учитывая это, я могу предположить, что Ведун весьма неопытен в способе передачи увиденного грядущего. Остальное домыслить легко. Единственный прорицатель, которого ты будешь слушать, несмотря на юный возраст и отсутствие опыта — кто-то из твоих детей. Или Михаил, или Полина.