Книга Дорога в грядущее, страница 50 – Валерий Гуминский

— Вот сука! — не выдержал один из нукеров, направляя на джинири пистолет. Двое других закрыли собой Алдияра. — Пушку брось! Живо!

Азафа почувствовала азарт, будоражащий её и так горячую кровь. Как же это здорово, что господин позволил жить среди людей! Друзья, враги, чувство опасности — всё, о чём мечтает необузданная душа ифрита! Эмоции бушуют в комнате, повышая ментальную чувствительность огненной девицы.

— Попробуй меня убить, жалкий шакал, прячущийся за паршивой поделкой шайтанов! — хмыкнула Азафа и щёлкнула флажком предохранителя. — Мигом отправишься в джаханам. Хочешь проверить? Рискни!

* * *

Никита поднял голову, словно к чему-то прислушиваясь. Несколько минут назад он направил в комнату, где скрылась Азафа, несколько «амёб», и пока парни пили зелёный чай с восточными сладостями, внимательно вслушивался в разговор девушки-ифрита с нужным ему человеком. Сначала всё шло так, как и задумывалось, но с каждой минутой беседа сворачивала с русла, которого следовало придерживаться, и катилась безудержным потоком в неизвестность. Чего он боялся, начало сбываться. Джинири стала своевольничать, придумывать на ходу какой-то новый сценарий. А потом и вовсе произошло неладное. Какой-то Креп разоблачил историю Азафы, благодаря своей памяти. Но барон Назаров восхитился, как ловко девушка подцепила на крючок бандита насчёт несуществующей матери. Не будь у контрабандиста такого помощника, всё могло сложиться удачно.

— Кажется, нам пора вмешаться, — негромко сказал Никита, когда услышал предупреждение Азафы отправить всех в огненную преисподнюю. — Будем действовать по самому плохому варианту.

— Эх, как чуял! — даже обрадовался Слон.

В то же мгновение волхв накинул «полог невидимости», под которым вместе с личниками прошёл в соседнее помещение. Было трудно сначала заставить всех посетителей не обращать внимание на происходящее за дальним столом, иначе кто-то заметил бы внезапное исчезновение троих человек.

Никита не стал снимать «полог» и тогда, когда оказался в комнате. Трое нукеров рухнули на пол настолько неожиданно, что Алдияр только глаза выпучил, ничего не понимая.

— Доброго денёчка, уважаемый, — волхв убрал «невидимость», обозначил своё присутствие, сев напротив контрабандиста. Поднял с доски упавшую пешку и поставил её на одну из свободных клеток. — Извиняться за вторжение не буду. А вот за девушку — моё прощение, не доглядел. Убежала из клиники, представляете! Целую неделю за ней по следам шли. Такая шустрая барышня!

— Вы… кто вы такие, к дьяволу? — осев в кресло, Алдияр только судорожно сжимал края жилетки. — Какая клиника?

— Так барышня больна на фоне психосоматического расстройства, начавшегося после употребления «радуги», — добродушно пояснил Никита, цепко вглядываясь в реакцию контрабандиста. — Не знаете, как происходит разрушение психики, душевной стабильности и медленное погружение в кошмары, когда плотно сидишь на магических наркотиках? А я вот знаю. Поэтому благодарите меня, что успели мы вовремя, иначе бы она начала стрелять.

— А я здесь при чём? — постепенно приходя в себя, прорычал Алдияр. — Плела что-то про мать, которую я бросил. Ну, это-то ясно, что врала. Мой человек сразу поставил её на место. Про какую-то магию крови болтала…

Он краем глаза покосился на Слона и Лязгуна, проворно стягивающих пластиковыми шнурами руки и ноги своих охранников, которые ещё не пришли в себя, но уже лежали с кляпом во рту.