Книга Дорога в грядущее, страница 294 – Валерий Гуминский

Помня, где живёт дядя Кондратий, Никита понял, что едут совершенно в другое место. Потянулись новые двухэтажные коттеджи из красного кирпича — вычурные, с башенками и флюгерами, с крышами из цветной металлочерепицы, широкими окнами с плотными шторами и жалюзи.

Купец Толстопятов, кажется, ошалел от наплыва важных гостей и полиции. Мало того, что кавалькада растянулась на всю улицу, так ещё и полиция чуть ли не со всех околотков примчалась. Он вместе с домочадцами стоял в распахнутых настежь воротах, за которыми виднелся большущий двор, замощённый брусчаткой, а сам дом казался невероятно огромным, с двумя этажами, террасой и балкончиками.

Никита на правах главного действующего лица опрокинул в себя чарку водки, угостился караваем с солью и уступил место жёнам. Купеческая семья и вовсе затрепетала, увидев Тамару. Всё-таки не в тайге живут, не лаптем щи хлебают — узнали в ней княжну Меньшикову.

К удивлению Никиты, его старшие жёнушки лихо навернули водочки и закусили караваем. Кроме Юли, конечно. Заметив, что она в положении, её сразу же окружили женщины и девушки, да увели в дом. Ручеяна, молодец, сообразила приставить к ней парочку «валькирий», а сама успокаивающе кивнула волхву, дескать, всё нормально.

Сам «промышленник местного разлива», как пошутил Толстопятов, шестидесятилетний крепкий мужчина с аккуратно подстриженной кучерявой бородкой, долго тряс руку Никиты, изливая свои восторги от такого внимания со стороны столь важного гостя. Кажется, барона Назарова воспринимали как члена императорской семьи из-за Тамары, но возражать по этому поводу волхв не собирался. Если людям так хочется видеть его в этом статусе, не надо их разочаровывать.

Суета и хлопоты по размещению гостей и бойцов клана заняло довольно много времени. Астапов, убедившись, что приезжие довольны приёмом, дал команду полиции снять оцепление.

— Уверен, Никита, что помощь в охране не нужна? — на всякий случай спросил он, стоя у распахнутой двери «Ладоги».

— Да у меня своих людей хватает, — кивнул Никита на Слона и Ильяса, занимающихся распределением постов среди выстроившихся на дворе бойцов. — Справимся.

— Какие планы, не поделишься? — увидев, что к ним направляется Толстопятов, Георгий Ефимович заторопился.

— Мне ещё Барышева навестить надо, а потом в Раздольную хочу рвануть на пару дней, приёмных родителей повидать, — не стал скрывать Никита. — Оттуда обратно в Албазин, закончу кое-какие дела и обратно. Кстати, Георгий Ефремович, не желаете в Петербург перебраться? Поговорю с князем Волынским, он вам обеспечит перевод. Будем жить рядышком, в гости друг к другу ходить…

— Спасибо, Никита, но — нет! — рассмеялся Астапов. — Андрон Иванович мне уже намекал, чтобы я готовился к переезду в Благовещенск. Пока заместителем Директора Амурского Департамента полиции, а через годик-другой займу главное кресло. Барон Волков на пенсию готовится выйти.

— В таком случае, поздравляю с повышением, — искренне обрадовался Никита. — Просьба у меня будет. Надо сопроводить племянниц дяди Кондратия до его дома. Девушки хотят у него остановиться, да с мужьями познакомить.

Астапов скользнул взглядом по стоявшим у одного из микроавтобусов двум молодым парам. Девушек он помнил смутно. Вроде бы рядом с Никитой крутились в те годы две голенастые и тонкие в кости девчушки, племянницы Барышева, а вот поди ж, вымахали в таких красоток.