Книга Новое назначение, страница 2 – Андрей Васильев

— Тем более что так и вышло, — поддержал его Васек. — Наволокина, который бригаду перехватил, через пару месяцев в подъезде взорвали. Говорят, что чайкинских работа, но тут хрен знает. Потап, конечно, парень резкий, но оно ему зачем? Чикуна-то больше нет, а с Наволокиным вроде особых терок у него не случалось.

— Там версий море выдвигалась, даже «Белую стрелу» приплели, — отмахнулся от него Сан Саныч. — И москвичи приезжали, копали, только без толку. Главное не в этом — пехота шустро разбегаться начала кто куда, одни к хвалынским подались, другие — в бригады поменьше. Но вины нашей в том нет, оно бы так и так случилось, а Мишка жил бы себе дальше. Вот и подумай, Олег, оно тебе к чему? Ну, прихватишь ты этих быков сегодня на продаже пары стволов — что изменится? Статья не сильно жесткая, срок им светит не самый большой, да и адвокаты постараются. Может, вообще к условке все сведут, если судья и прокурор не из упертых попадутся. Как следствие — пользы ноль, проблем же нажить можешь выше крыши. А если у тебя сильно в заду свербит или просто делать нечего — так у нас других дел полно. Вон вчера ларек с Виноградной увезли, причем вместе с продавцом. Иди ищи.

— Это как так? — изумился Васек. — Что-то новое.

— Представь себе, — Сан Саныч отхлебнул остывшего чая из литровой кружки, — подогнали кран, перерезали все идущие к ларьку провода, подняли его, погрузили в КамАЗ и уехали.

— А продавец-то им зачем?

— До кучи, — предположил Нестеров. — Он же как черепаха — поди из палатки его быстро вынь. Окошко маленькое, еле-еле глаз да нос видно, а дверь надежная, чуть ли не бронированная. Палатки-то где с позатого года изготавливают?

— Как где? На «Серпе и Молоте». То есть сделаны они на совесть, на этом заводе фуфлень ни раньше, ни теперь не клепали. Вот и выходит, что одна морока. А в тихом и спокойном месте, где никто не ходит, продавец никуда не денется. Травы не сильно сухой подпалить, дым пару минут через окошко внутрь попускать — и вылезет как миленький!

— Твоя правда, — подытожил Васек. — Там его и прикопают. Хотя возможны варианты, ясное дело. Виноградная, говоришь? Странно. Это кто же такой смелый? Там Гоча процессом рулит с тех пор, как Лысого по той зиме застрелили, а он не беспредельщик, за относительный порядок стоит, даже с «синими» сумел как-то поладить. По крайней мере, мне так говорили знающие люди. И — такой кураж! Странно. Очень странно. Кому материал отписали?

— Алексиной вроде, — неуверенно предположил Сан Саныч.

— А, Милка! — оживился оперативник. — Губки бантиком, попка с крантиком! Пойду перетру эту тему. Надо же разобраться, ибо — непорядок. А ты, Ровнин, запомни: инициатива всегда сношает инициативных. Учись, пока я жив!

— Как он эту Алексину на прошлый день милиции драл! — задумчиво отметил Нестеров после того, как за Васьком закрылась дверь. — Хотя ты не помнишь, конечно. Тебя же еще не было в отделе?

— Нет, я чуть позже пришел, — подтвердил молодой человек.

— Вот-вот. — Сан Саныч снова отхлебнул чаю, а после, причмокнув, продолжил: — Ух, Олежек, как же он ее того-этого! Мила так орала, что в какой-то момент шеф, уже крепко подогретый, решил выяснить, кого это с особой жестокостью убивают во вверенном ему ОВД. Заходит в кабинет дознавателей, а там Васек ее, значит, долбит, да еще в такой позе, что Емельяныч чуть галстук форменный жевать не начал от удивления. Шапито!