Книга Ночь гнева, страница 51 – Андрей Васильев

— Очень приятно, — щеки девушки чуть покраснели, поскольку высоченный, огромный и покрытый диким волосом шаурмячник явно произвел на нее большое впечатление, — Оксана.

— Садись, красавица. — Аджин отодвинул пластиковый стул. — Женщина моего друга всегда здесь желанный гость. Что кушать хочешь? Что тебе принести, дорогая?

— Да я не знаю, — совсем уж опешила от простоты и прямоты Абрагима девушка. — Олег про пахлаву говорил. Сказал, что она здесь самая вкусная в Москве.

Что до Ровнина — гостеприимство шаурмячника его совершенно не смутило, это как раз было в его характере. А вот то, что Оксана сразу поняла его слова — это да, здесь было чему удивиться. Не сильно, но все же. Олег давно уже сообразил — Абрагим всякого нового человека, который приходит в его заведение, сначала со всех сторон изучает, решая, стоит с ним хоть парой слов обменяться или он того не достоин. Ну а до той поры речь хозяина шаурмячной останется для новичка лишь непонятным бурчанием и набором звуков. Впрочем, тот факт, что посетители, прошедшие сито отбора, начинают понимать, что именно им говорит аджин, тоже немногого стоит, поскольку он в любой момент мог перейти на родной язык. А вот то, что было сказано на нем, могли разобрать немногие, лишь те, кому Абрагим на то личное дозволение дал. Как, например, тому же Ровнину.

— И он прав, — с достоинством кивнул аджин. — Самая вкусная. Самая лучшая. Попробуешь — язык проглотишь, такая сладкая! Сейчас принесу.

— А нам никто пахлавы не предложил почему-то, — подала голос одна из ведьм, длинноногая и зеленоглазая. — Прямо обидно.

— Ты радуйся, что тебя сюда снова пустили после того, что ты зимой устроила, — посоветовала ей не менее симпатичная юная особа, сидящая за соседним столом. — Вот и лопай, что дали.

Из этого высказывания Олег сделала вывод, что, во-первых, посетительницы заведения Абрагима относятся к разным ковенам, а во-вторых, теплых отношений между последними явно нет, потому красавицы, сидящие за столами, всегда готовы воткнуть в бок соседки как минимум шпильку, а то и что поострее. При условии, разумеется, что после им за это не придется отвечать.

— Я сладкое вообще не ем, фигуру берегу, — отозвалась зеленоглазка, даже не повернувшись к девушке, к которой обращалась, — а то разнесет в разные стороны. Так случается, когда меру в еде не знаешь. Просто я всегда за правду. И еще — не лезь в чужие разговоры.

— Так я тоже за правду, — с легкой издевкой ответила ей оппонентка, изящным движением закидывая ногу на ногу. — Это Абрагима кафе, он в нем что хочет, то и делает. Есть у него желание пахлавы тебе дать — даст. Не заслужила — не даст.

— То есть я мордой для пахлавы не вышла, а вот эта… э-э-э… пэри — да?

— Да, — поставил точку в беседе двух ведьм аджин, а после с очень серьезным лицом погрозил им пальцем. — Не думайте даже. Ясно? Она мой гость.

— Мы себе не враги, — зеленоглазка глянула на Оксану, которая в свою очередь, удивленная внезапно возникшей перепалкой, непонимающе уставилась на Олега, — нам правила известны.

— Я сказал — ты услышала, — проворчал Абрагим. — Олег, ты разговаривать о чем-то хотел? Пойдем. Скоро обед, новые гости пожалуют, времени совсем не станет.

— Ты погоди минутку, я сейчас вернусь, — наклонившись к своей спутнице, шепнул ей на ушко Ровнин. — Ладно?