Книга Ночь гнева, страница 123 – Андрей Васильев

— Так не следовало девчонку одну в город отпускать, тем более непуганую, — не выдержав, заметил Олег.

— Тебя мама дома в шестнадцать лет могла удержать? — усмехнулась шулма. — Не то что словом, а даже закрытой дверью?

— Нет, — признался Ровнин.

— Ну вот и сестра моя не смогла. Как-то вечером ее племянница уехала в город и не вернулась. Начали ее искать, нашли на следующий вечер в больнице.

— Я как-то так и думал, — кивнул Олег.

— Страшно не то, что они сделали с ее лицом и телом. Это больно, но время лечит все. Да и медицина, если есть деньги, тоже помочь может. Ей сломали душу, а вот это навсегда. Моя сестра не хотела своей племяннице той доли, что мы для себя выбрали, но эти четверо направили ее именно на этот путь. Она для себя еще ничего не решила, но я-то вижу, что так и случится. А теперь скажи мне…

— Все скажу, но потом, — перебил ее Ровнин. — Второй вопрос: почему вы просто не спрятали трупы? Нет тела — нет дела. И меня в этом кабинете нет. И разговора этого, который нам обоим не очень приятен — тоже.

— Традиция, — пожала плечами шулма. — Это была месть, а она распространяется не только на жизнь, но и на смерть. Если убитого в землю положить, то душа хорошего человека вознесется в Верхний мир, к тенгриям. Ну а вот такие подонки отправятся в Нижний мир и станут обитать там, среди холода и вечного страха.

— Так и хорошо. И поделом. Явно же это не самый лучший вариант загробной жизни?

— Не лучший. Но кто знает, вдруг когда-нибудь тамошний хозяин, которого зовут Цаган-овген, решит, что их вина полностью искуплена, и отправит на новое перерождение? А я хочу быть уверена, что такого не случится никогда.

— Так-то оно так, — вздохнул Олег. — Вот только нам теперь придется последствия вашего решения разгребать. Ладно, третий вопрос.

— Даже интересно. — Женщина внимательно смотрела на визитера, причем было видно, что изначальная настороженность потихоньку сменяется любопытством.

— А почему вы им в рот верблюжью шерсть, в колечко скрученную, не запихнули?

— Здесь не любая шерсть подойдет, — произнесла Бодниева. — Нужен белый верблюд, который… Хотя объяснять долго, да тебе эта информация и ни к чему. Если просто — у меня не было времени ее найти. Ну а ритуал мести, в свою очередь, позволяет обойтись без нее. Тем более что эти четверо не относились к моему народу, а значит, традиции на них не распространяются в полной мере.

— Вот, — отметил Олег. — И в разрезе загробной жизни, заметим, тоже. С чего им в Нижний мир попадать, когда они не ваши, а наши? Вот и зарыли бы их на той полянке, да так, чтобы никто никогда не нашел. Даже лесной Хозяин, которому вы глаза отвели. Кстати, очень умело, примите мои поздравления. А уж там, куда они после попали, думаю, им мало не показалось бы. У нас, знаете ли, насильников что в этом мире, что в том, тоже не очень любят.

— В смерти нет мелочей, — пояснила хозяйка кабинета. — Важно все — как умер человек, почему, за что, от чьей руки. От этого зависит посмертие. Этих убила я, всех четверых. Убила за дело и по праву старшей. А поскольку я распорядилась жизнью каждого из них, то от меня зависело то, куда отправятся их души. Да, скоро родители положат тела в землю, но время упущено, их посмертие — скитаться между мирами вечно, без надежды на новое перерождение.