Книга Простые истины, страница 63 – Андрей Васильев

Слова Елены возымели силу, сначала стул перестал судорожно дергаться, а после его к ней точно кто-то невидимый подтащил, словно предлагая: «Садитесь, барышня».

— Благодарю, — не стала отказываться от вежливого поступка неведомой сущности девушка. — Вот видишь, Олег, все не так и плохо. Одно скверно — причин для того, почему наш новый невидимый знакомец принялся резвиться, масса. А вот какая из них верная — поди узнай.

— Так не бывает, чтобы совсем уж ничего сделать было нельзя, — усомнился юноша. — Пусть он какой-то знак подаст, например.

— Какой? — заинтересовалась девушка, причем по голосу сразу стало ясно, что насмешки в вопросе больше, чем интереса. — Азбукой Морзе пробарабанит по дверце шкафа верный ответ? Это так не работает.

— Слушай, я с мертвыми душами дела сам не имел, но вон Морозов в начале лета в усыпальнице, которая в Архангельском, с графом… Как его… Забыл. Короче — он же с призраком общался, перед тем как его запечатать в склепе?

— Так этот призрак, который «как его», отделу давно известен. — Ревина зевнула, прикрыв рот ладонью. — Да и не сильно он и нематериален. Этой душе столько лет, и в ней такое количество злобы, что она в каком-то смысле новой плотью, пусть и иллюзорной, обросла, став пусть и не осязаемой, но для общения вполне пригодной. По-хорошему, его, конечно, давно пора ликвидировать, только специалистов такого профиля в Москве днем с огнем не найдешь, а самим нам подобное не под силу, потому и ставим новые латки на старые заплатки.

— Такого профиля? — мигом заинтересовался Олег. — Это какого именно?

— Там опытный Ходящий близ Смерти нужен или поводырь душ, — пояснила девушка и следом сразу попросила: — Вот только не надо включать сейчас первого ученика и задавать еще десять вопросов. Знаю я тебя.

— Ладно, не буду, — согласился Ровнин, прислонился к стене и добавил: — Стою, молчу, жду указаний.

— Хорошая позиция, — нахмурилась Ревина.

— Какая есть. Лен, я понятия не имею, что в подобной ситуации делать, потому полностью полагаюсь на тебя. Единственное, что могу предложить: позвонить Францеву, может, он чего подскажет.

Слова юноши, похоже, призраку не сильно понравились, потому что дверца старого шкафа, еще дореволюционной, похоже, работы, трижды открылась и закрылась с громким хлопаньем.

— Что делать, что делать, — пропела Ревина. — Ладно, Олежка, не паникуй. В целом ты прав, варианты того, как добраться до истоков проблемы, есть всегда, причем у каждого свои. У Морозова одни, у Францева другие, у меня вообще третьи.

— А у тети Паши? — неожиданно для себя самого поинтересовался Олег.

— А какие у тети Паши — ни мне, ни тебе, думаю, лучше не знать, — без тени шутки ответила девушка. — Итак, конкретно сейчас я вижу два варианта развития событий. Один почти наверняка продуктивный, но сильно трудоемкий и не без последствий, второй из тех, где гарантию дать нельзя, но зато в случае удачи быстрый и эффективный.

— Яснее не стало, — заметил молодой человек. — Хотелось бы конкретики.

— Первый — я вот тут, на полу, на этом замечательном старинном паркете, долго и усердно стану рисовать один из круговых знаков Марии Лаво, после проведу некий ритуал, который нам позволит ненадолго увидеть товарища, который тут такой кавардак устроил, и даже поговорить с ним. Если все сложится хорошо, то мы узнаем ответы на все вопросы, если нет — не узнаем, но одно мне известно точно — сначала мы потеряем пару часов при приготовлениях к ритуалу, а после я пару дней буду конкретно тормозить, засыпать на ходу и орать на тебя при первой возможности.