Онлайн книга «Простые истины»
|
— Молодец, молодец, — продолжил мужчина. — Хотя кое-что мне с тобой все же неясно, Олег, и как раз в свете слияния органов власти и криминальных структур. Я, знаешь ли, хорошую одежду люблю, это мой пунктик еще со старых, советских времен. Меня, Олег, тогда все фарцовщики Тишинки знали, потому что я у каждого что-то да покупал — у кого водолазку, у кого джинсы, у кого ботинки «Саламандер». Ох, как меня Наташка за это гоняла! — Еще бы! — улыбнулась женщина. — Зарплата сто сорок, в доме шаром покати, а он очередную «Монтану» приносит, да еще собой гордится, мол, на двадцать рублей дешевле взял! — Ну, не так все было плохо, — отмахнулся Антон Семенович. — Так я к чему — костюм, что на тебе, стоит, ты уж прости за прямоту, как все твои зарплаты за год. А если с сорочкой и галстуком, то и за полтора. Вопрос озвучивать? — Не надо, — отпил чаю Олег. — И, вообще-то, даже за три. В смысле — года. Я же лейтенант, у меня оклад ровно такой, чтобы за месяц ноги не протянуть. — Вот и я про то, — покивал отец Марии. — И тут — такой костюм. — Так мне он с хорошей скидкой достался. По дружбе, — безмятежно ответил Олег. — И не той, которую вы имеете в виду, я за него никому ничего не должен. А обзавелся им по той причине, что помню слова своей мамы — у каждого приличного молодого человека должен быть хотя бы один хороший костюм. Вот он один у меня и есть. На все случаи жизни — и в гости сходить, и в театр, и в галерею. А если не повезет и случится так, что я выстрелю не первым, а вторым, то в нем меня в гроб положат. Хотя нет. У нас же принято в форме хоронить. — Дурак! — возмутилась Машка и притворно ударила его по губам. — Несешь всякую чушь. Слово материально! — В самом деле, — присоединилась у ней Наталия Борисовна. — А какой институт вы оканчивали? И какой факультет? В результате следующие минут десять Олегу пришлось рассказывать родителям Маши про то, где и как он учился, а также отвечать на иные вопросы о своем прошлом. И чем дальше, тем сильнее он жалел, что сюда пришел, причем даже не потому, что приходится заниматься столь дурацким делом, а потому, что вместо этого он мог бы сейчас пить пиво в бане с Францевым. А самое главное — вдруг Аркадий Николаевич в ней все же рассказал бы ему более подробно о том, кто такой этот таинственный господин Шлюндт и почему для начальника отдела так важно взять его за горло. Просто в машине-то он от ответа ушел. Точнее, ответить ответил, но так, что ясности больше не стало. — Карл Августович антиквар, — сообщил своему сотруднику Францев. — Да ты же и сам это знаешь, просто, наверное, забыл. Помнишь все тех же забавных старичков из салона в Столешниковом переулке? Они его имя в своей трескотне упоминали. — Ничего я не забыл, — даже чуть обиделся Олег. — Но он ведь не просто антиквар, да? Просто за последние несколько месяцев вы то и дело эту фамилию упоминаете, причем всякий раз в связи с какими-то новыми обстоятельствами. Вот и выходит, что пассажир он не самый простой, потому мне, как сотруднику отдела, очень хочется узнать… — Тебе, как сотруднику отдела, следует соблюдать субординацию, — перебил его подполковник. — Все, что ты должен знать, мимо тебя не пройдет, даже не сомневайся. А вот туда, куда не следует, ты не лезь. Ладно еще нос прищемят, это не страшно, без него жить можно. Но не без головы. Посыл ясен? |