Книга Простые истины, страница 142 – Андрей Васильев

— Жуть какая, — прониклась Ревина. — Никогда о таких не слышала, хоть вроде давно работаю.

— Так их всего ничего на свете обитает, — пояснила тетя Паша. — Это вурдалаку себе подобного сотворить несложно, планетник — совсем другое дело. Сначала колдун или ведьма из матерых должны проклясть человека тогда, когда он еще в чреве матери пребывает.

— Дородовое проклятие — серьезная вина, — помрачнела Елена. — Такое мы с рук не спускаем.

— Ты не спеши, я только начала — усмехнулась уборщица. — Далее этот человек самоубийство над собой обязан учинить. Причем душа должна отойти туда, куда ей предписано, а непосредственно самоубийца обязан остаться живым.

— Это как? — теперь уже изумился и Баженов

— Повесился, задохнулся, душа отправилась по назначению, а тут веревка взяла и оборвалась, — недовольно пояснила Павла Никитична. — Или по-другому — вены вскрыл, вся кровь вышла, с ней душа ускользнула, но сотрудники подоспевшей скорой в последний момент успели совершить врачебный подвиг. Теперь, выходит, человек ни живой, ни мертвый, единственное, что у него осталось, — дородовое проклятие, которое его себе и подчиняет. Всё, народился на свет планетник, который никого не любит, мир попросту ненавидит и любое свое недовольство срывает на смертных. Мало того — еще и убить его сильно непросто, даже очень умелому бойцу.

— И отдельскому? — уточнил Славян.

— Так я про нас и говорю. Вон Шелепихин уж на что умел был — в тринадцать лет к отряду Лазо прибился, в пятнадцать мандат ЧК получил, потом к нам попал и тут отлично себя показал. Стрелял с двух рук, ножом орудовал будь здоров, один на один с берендеем схватывался, а все равно голову свою в драке с планетником сложил. То ли в двадцать восьмом это было, то ли в двадцать девятом. Уже не помню.

— А василиск-то тут при чем? — поторопил ее Олег, понимая, что вот-вот они тронутся в путь. Ну а после будет у тети Паши желание продолжить эту беседу, не будет — поди знай. — И кто такой «берендей»?

— Оборотень-медведь, — сначала дала уборщица ответ на второй вопрос, — очень опасный противник. От отца ему сила медвежья перепадает, от матери разум людской. Что ты глаза округлила, Ревина? Всякое в жизни бывает, случается и так. Нездорово, неестественно, согласна, но медведь если чего захочет, то свое всегда возьмет. Не просто так говорят, что он в лесу да тайге хозяин, а не леший.

— А с планетником-то что? — решил перевести разговор в другую плоскость Ровнин.

— Они василискам естественные враги. В неживой природе все так же, как в живой, всегда есть противовесы. На змею найдется мангуст или еж, на жука-короеда — дятел. А на василиска есть планетник, ему и взгляд этой пакости нипочем, и вой по барабану. Вот нам такой в подземельях Будайской крепости и помог. Не из человеколюбия, ясное дело, просто потому, что мы ему были меньше противны, чем тварь из темноты. Ну и должок за ним один передо мной числился еще с двадцатых годов.

— Интересно. — Олег достал блокнот, ручку и начал спешно записывать услышанное. — Спасибо.

— Аркаш, глаза выколупай, как его прибьете, — произнесла тетя Паша, заметив спускавшегося по лестнице Францева. — Но не сразу, пусть окаменеют окончательно.

— Само собой, — ответил тот. — Кто же такой ингредиент не заберет? Правда, все равно его в ход особо пускать сейчас некому. Лен, без обид.