Книга Час волка, страница 125 – Андрей Васильев

— Матвей, я уже все знаю, — перебил юношу Ровнин, мигом смекнувший, зачем именно отец собеседника в столицу намылился. — Мы тут сами до истины докопались. Так что давай, отправляйся обратно к своим и делай все, как отец сказал, то есть сиди дома безвылазно. И лучше всего где-нибудь в погребе, таком, откуда если и захочешь, то не выберешься. Вожак этот молодых да ранних, таких, как ты и сестрицы твои, любит в стаю сколачивать и после на смерть отправлять, а мне такое совсем ни к чему. Ты парень умный, нечего тебе за чужие интересы в драку лезть.

— Да я знаю, батя объяснил.

— Ну вот. Потому дуй домой и, пока все не закончится, в Москву даже нос не кажи.

— Ага, — отозвался волкодлак. — Сейчас только «Кул» куплю — и на кордон.

— Кого купишь? — переспросил Олег.

— «Кул». Журнал такой, про артистов, группы разные и тому подобную ерунду. Меня сестрицы в обмен на обещание о том, что я им несколько новых выпусков принесу, прикрыть согласились. Батя-то шиш на такое раскошелится. Для него это глупая трата денег, да и не любит он все современное. А они малые совсем, им же интересно.

На том беседа и закончилась. Вот только набрать Анфису Ровнин опять не успел, потому что телефон снова затрезвонил.

— Матвей, забыл что? — ответил оперативник на вызов, пребывая в полной уверенности, что это снова звонит волкодлак.

— Нет, Ровнин, это не Матвей, — раздался в трубке негромкий, почти шепчущий слова женский голос. — Узнал?

— Нет, — абсолютно искренне ответил Олег. — И, если можно, давайте обойдемся без викторины «Вот и угадай меня». Времени совсем нет.

— Раньше мы были на «ты», — произнесла собеседница.

— Стоп! — Оперативник уловил в голосе знакомые интонации. — Маш, ты, что ли? Тьфу ты!

— Настолько не рад меня слышать?

— Ой, не льсти себе, — чуть расстроенно сообщил ей Ровнин. Он подумал, что это Яна его набрала, что было бы просто замечательно. А почему нет? Не секрет, что мобильная связь голос меняет сильно, да и не так часто он его за последние годы слышал. А при последней встрече она вообще больше орала, чем шептала.

— Чего звоню, — Мария стала говорить громче. — Ты особо не обольщайся. Замминистра приехал и уехал, а я…

— Да-да-да, — не стал даже дослушивать ее Олег. — А ты останешься, не забудешь и мне еще покажешь. Маш, ну ты же вроде уже из подросткового возраста вышла, а? И замужем была, и майорские звезды на плечах, и наверняка папа тебе уже очередного суженого-ряженого из депутатского корпуса подобрал. Вот скажи мне — на кой ляд тебе я сдался? Все давно прошло, быльем поросло, что ты мне могла доказать, то доказала. Плюнь да забудь! Или тебе просто настолько делать нечего?

— Какой же ты дурак! — изумленно произнесла Остапенко. — Ой-ей-ей…

И повесила трубку.

— Сама ты… — ответил гудкам в аппарате Ровнин и сообщил Ольгину, который сидел на диване:

— В нашем дурдоме сегодня день открытых дверей.

— Это да, — согласился с ним Саня. — Ты в прокуратуру позвони. Время-то идет.

— А. Ну да, — кивнул Олег, нашел в контактах номер Куваевой и нажал кнопку с зеленой трубкой. — Анфис, привет!

— Ну наконец-то! — выдохнула в трубку девушка. — Меня начальник твой ни свет ни заря разбудил, нервы поднял своими «где» да «что». Ты вчера не перезвонил, телефон у тебя недоступен, что думать непонятно.