Книга Осколки легенд. Том 2, страница 126 – Андрей Васильев

— Арсений, тут рой, — подойдя к этому месту, топнул по нему ногой я. — Давай!

И через мгновение восхитился мощью нашего спутника. Я бы яму в промерзшей намертво земле копал… Даже не знаю, сколько по времени. Да я ее вообще не стал бы рыть, ну, разве что только под дулом пистолета. Арсений же, попеременно работая то ломом, то лопатой, управился минут за двадцать, если не меньше. Он не оборотень. Он супергерой, Человек-Экскаватор.

— Оно, что ли? — спросил Арсений у меня, когда лопата ударилась обо что-то твердое. — Или нет?

— Оно, — подтвердил я, увидев еще полускрытую землей деревянную крышку, несомненно приделанную к ящику. — Доставай!

Само собой, за годы, проведенные в земле, с ларя сошла роспись, которая явно раньше присутствовала, да и выглядел он не сильно презентабельно. Но при этом остался таким же крепким, как и в тот день, когда его закопали. Ни одна дощечка не подгнила.

— Открывай, — поторопила меня Стелла. — Чего ждешь?

— А сколько сейчас времени? — спросил я у оборотня, оттирающего снегом руки от грязи.

— Без пяти двенадцать, — глянул на часы тот. — Почти новый год.

— Пять минут, пять мину-у-у-ут! — пропела Стелла и крутанулась вокруг себя.

— Вот и подождем, — подытожил я. — Пять минут для нас ничего не изменят. Помнишь, что Марфа Петровна еще в ресторане говорила? Да и я и без нее то же самое подтвердить могу: клады — не люди, они любят точность во всем, что с ними связано. Шаг влево, шаг вправо — и окажешься там, куда ворон кости не таскал.

— Смышлен, — крякнул бас в моей голове. — Молодец!

Мороз все крепчал, потому даже семижильная Марфа то и дело поглядывала на экран своего «айфона» и тихонько что-то шептала под нос. Надеюсь, не проклятия в мой адрес.

— Пора! — через пять минут в один голос сказали обе ведьмы.

— Ага, — подтвердил Арсений. — Все. Часы сейчас двенадцать бьют. Россияне выпивают и закусывают.

— С Новым годом! — поздравил я всех присутствующих. — Теперь можно!

Я стянул с руки перчатку, прислонил ладонь к холодной крышке и произнес:

— Ты свободен. Иди с миром!

Кино на этот раз мне не показали, как видно фильмы, связанные с неоднозначными сущностями, предназначены только для ограниченного показа. Впрочем, я не расстроился совершенно, поскольку давно понял, что не все и не всегда стоит знать.

Огненный смерч ввинтился в еловые лапы, стряхнув на меня снежный водопад, и исчез без следа.

— Все, — я глянул на Арсения. — Давай открывай.

Тот лихо сковырнул массивный замок ломом, а после Марфа, обогнав всех, откинула с ларя крышку.

— Не поняла, — секундой позже произнесла она, причем с какой-то просто детской обидой. — А где? Это, что ли, счастье?

В ларе лежали четыре неказистых игрушки, две из которых были тряпичные, две деревянные. И те и другие были сработаны грубо, явно не фабричным способом.

— Эва как, — глянул внутрь ящика и Лесной Хозяин. — Лучше бы я спать лег. Вот одна сумятица из-за вас, из-за ведьм. Тьфу.

Кукла, судя по косичкам, когда-то светлым, а теперь серо-грязным. Деревянная собака. Хотя, может, и волк, поди пойми. Деревянный же солдат с ружьем, более всего похожим на фузею. Тряпичный заяц. Не скажу, что набор странный, по идее, именно такими игрушками, скорее всего, забавлялись дети девяносто-сто лет назад. Городские — нет, там уже индустрия работала, да и то наверняка в основном в столицах. А остальные вот такими куклами да солдатиками и играли.