Книга Тени Былого, страница 124 – Андрей Васильев

— Около третьего тела была найдена брошь одного из моих людей, — отозвался вурдалак. — Каждый член нашей семьи владеет подобной, это традиция, уходящая корнями в прошлое, не столь и давнее, но тем не менее. Феликс единственный, кого нам не удалось отыскать за истекшие сутки, он как в воду канул. Полагаю, это именно его знак, а сам он, увы, мертв.

— Я думал, что вы все вместе обитаете, — удивился Коля. — В одном доме.

— А днем спим в гробах, — чуть иронично произнес Ленц. — В мрачном подвале, где все затянуто паутиной. Юноша, не следует доверять фильмам и книгам, это всего лишь домыслы литераторов и кинематографистов. Антураж, саспенс и так далее. Впрочем, в последнее время мы поощряем подобные изыски, они делают наше существование чуть проще. Насколько я знаю, Ростогцев даже выступил соинвестором какого-то телесериала, при всей своей вздорности он неплохой коммерсант. Вампиры снова в моде, а значит, никто из нас не останется в ночи голодным.

— Я всегда говорил, что это мир погубит слепая вера в рекламу, — печально заявил Пал Палыч. — Она заменила людям здравый смысл. Ладно, речь не о том. Значит, ты хочешь, чтобы я отправился с тобой к Ростогцеву? Хорошо, я согласен. Но не просто так, уж не обессудь.

— Любая услуга чего-то стоит, — тонко улыбнулся вурдалак. — Даже смерть — и та порой имеет цену. Что ты хочешь получить взамен, Павел? Назови свои условия, я готов их выслушать.

— Отойдем в сторону, — предложил оперативник. — Я доверяю своему коллеге, уверен, у тебя тоже нет секретов от твоих детей, но все же есть вещи, которые стоит проговаривать приватно. Просто чтобы случайно не навредить тем, кто рядом. Ты же знаешь — иные знания опаснее любого яда.

— Хорошо. — Ленц встал со стула. — Но, признаться, теряюсь в догадках. Это что же ты такое у меня узнать желаешь?

Беседа получилась короткой. Михеев что-то спросил у вурдалака, тот пожал плечами, а после покачал головой в отрицающем жесте. Оперативник немного подумал и спросил что-то еще, и вот на этот раз, похоже добился успеха, поскольку Ленц одобрительно кивнул. После собеседники пожали друг другу руки и вернулись за стол.

— А что Феликс ваш, он мог человека осушить до смерти? — уточнил Пал Палыч, и оторвал от круглой лепешки сразу половину, а после пододвинул к себе пиалку с терпко пахнущим соусом. — Ну в принципе?

— В принципе, это может сделать любой из нас, — отозвался один из сопровождающих Ленца. — Если очень голоден или зол на мир. Но Феликс в общем ряду стоял бы одним из последних. Его обратили случайно, он не хотел вечной молодости в тенях, как, например, в свое время я. Насколько мне известно, он вообще так и не забрал ни одной жизни.

— Сидел на донорской крови, — подтвердил второй телохранитель главы семьи. — Над ним кое-кто из наших даже смеялся иногда, мол, никак этот тихоня вурдалачью девственность не потеряет. Но он не обижался на эти слова совершенно, не та натура.

— Это все правда, — подтвердил Ленц. — Его обратила моя помощница Сильвия, пожалела талантливого паренька лет тридцать назад, он был неизлечимо болен. Феликс — блестящий фотограф, кое-какие его снимки вы наверняка видели. И выставки случаются, причем не только в России. Правда, под этими работами всегда стоит чужая фамилия, поскольку мы не любим себя афишировать, особенно в финансовых вопросах.