Онлайн книга «Тени Былого»
|
Выйдя из кабинета и прикрыв за собой дверь, Коля печально вздохнул и направился к начальнику Отдела 15-К Олегу Георгиевичу Ровнину, без санкции которого в этом мутном деле все равно было никак не обойтись. Традиции традициями, а старший отмашку дать должен. — Валентина, отстань от меня, — услышал оперативник страдальческий голос начальника, еще не доходя до его кабинета. — Ну что вам всем от меня сегодня надо? — Справедливости, — заявила Тицина. — Только ее. Это рыжее чудовище скоро все здание разнесет по кирпичику! — Сама ты чудовище, — раздался голос с лестницы, и он принадлежал Мезенцевой. — Я тебя, между прочим, никогда не обзывала! — Не хватало только, — окончательно разъярилась Валентина. — Олег Георгиевич, если ты от нее не избавишься, то я подам в отставку, так и знай! В конце концов, в этом что-то есть, будет создан прецедент ухода человека из отдела не на кладбище, а на заслуженный отдых. — Тебе до пенсии еще служить и служить, — резонно заметил Ровнин. — Или ты себе руку отпилишь, чтобы по инвалидности уйти? — Лучше без руки дома сидеть, чем с этой блаженной работать! — рявкнула Тицина. — Чего тебе, Нифонтов? — Мне бы к шефу, — выставил перед собой ладони Коля. — И сразу — я соблюдаю нейтралитет, то есть в ваши дела не лезу, все разборки — без меня! — То-то ты ее с собой никогда на выезд не берешь, — злорадно заметила Валентина. — С чего бы такая доброта? А я скажу… — Вот-вот! — поддержала ее с лестницы Евгения. — А я без работы тут совсем скоро одичаю! — Николай, рад тебя видеть. — Ровнин встал из-за стола, спешно подошел к оперативнику, буквально втащил его в свой кабинет, аккуратно оттеснил за порог демонолога, сообщив той: — Работа есть работа, Валентина. Личное потом, сначала служебное. После он еще с минуту постоял у двери, убедился, что Тицина, недовольно ворча, отправилась к себе, облегченно вздохнул и сообщил Коле: — Ужас какой-то. И правда — откуда на нас свалилось это бедствие? За какие грехи? — Из отдела кадров, — резонно предположил Нифонтов. — Откуда же еще? Да и не такое она бедствие, на самом деле. Просто у Женьки детство еще в заднице играет, несмотря на то что она вроде уже и взрослая деваха. У меня двоюродная сестрица такая же была, почти до «четвертака» дурью маялась, за ум браться не хотела. — И? — заинтересовался Ровнин. — Залетела, замуж вышла, родила, перебесилась, — лаконично ответил Коля. — Сейчас в мэрии нашего города работает, после работы домой сразу бежит, мужа борщом кормить. — То есть ты предлагаешь мне Мезенцевой мужа найти, что ли? — озадачился Ровнин. — Или самому инициативу в плане оплодотворения оной особи женского пола проявить? — Я ничего не предлагаю — передернул плечами парень, который до сих пор не всегда мог понять, когда его начальник шутит, а когда говорит серьезно. — Просто сказал, что раньше или позже она повзрослеет, тогда и ясно станет — выйдет из нее толк или нет. — А если ее порвут на куски до того? — устало поинтересовался у него Олег Георгиевич. — Потому что она головой соображать пока не желает и лезет во все щели? А нам после с этим жить? — Очевидный ответ на очевидный вопрос — мы все раньше или позже умрем на этой службе, как недавно совершенно верно сказала тетя Паша, — философски заметил Коля. — Судьба у нас такая. Я это еще в том году прекрасно понял, и потому полностью перестал на данный счет беспокоиться. Само собой, надо делать все, чтобы свидание с вечностью отодвинулось как можно дальше, но конечный результат от этого не изменится. Женька все это осознает, тем более что мозги у нее все же есть, тут Валентина не права. Ну а если нет — похороним ее на участке, принадлежащем отделу, и типовой памятник установим. |