Книга Петля судеб. Том 2, страница 31 – Андрей Васильев

— Эти да – протянула Шелестова – Можете не сомневаться. И на руки, и на другие части тела тоже. Макеевы, Галина и Полина, я их еще по «Деляге» помню. Впрочем, правды ради, головы у них светлые и работать они умеют. В смысле – работать-работать. Бедная Виктория Евгеньевна, ее же удар хватит, когда они сюда заявятся.

— С чего ты взяла, что они сюда заявятся? – удивился я – Мне, знаешь ли, тебя одной с лихвой хватает.

— Неужто не сменяли меня на всю эту груду преференций? – не менее моего, но, похоже, совершенно искренне, изумилась Елена – Да ладно.

— В штанах прохладно – отмахнулся я – Не неси чушь. И сразу – дело не в тебе. Просто не люблю, когда меня стращают или покупают. Да и позвал я тебя не за тем, чтобы рассказать, какой я хороший и принципиальный начальник. Предупредить хотел. Хотя, может ты и в курсе, конечно, но все-таки… Слушай, у этого парня с башкой беда. Я таких видел, от них чего угодно можно ждать. Ты давай, по сторонам поглядывай почаще.

— Нет там никакой беды – Шелестова подперла подбородок ладонями и уставилась на меня – Там самолюбие сумасшедшее и застарелая обида. Не привык Сережа, когда ему кто-то говорит «нет» или что-то не по его случается. А уж если одно с другим совпадет, то вообще только держись. Ну, а я то и другое в одном флаконе.

— А то непонятно, откуда тут ветер дует – хмыкнул я – Чего, сказала ему «нет».

— Не только – Шелестова расплылась в улыбке – Шрамик у него около правого глаза у него видели?

— Есть такой – подтвердил я.

— Моя работа – с гордостью сообщила Елена – Это я его каблуком туфли приласкала. Метилась в глаз, да вот промахнулась. Экая досада!

— Серьезно? – впечатлился я – Однако! Теперь уж и не знаю, кто из вас больший псих, ты или он. И вообще – мне уже начинать бояться?

— Вам – нет. Вы же не собираетесь меня насиловать в том случае, если я скажу, что, между нами ничего не будет?

— Да как я на эту тему вообще еще не думал. Но, вероятнее всего, нет. Не сложилось – и не сложилось, в море еще много рыбы.

— Правильно. А он вот по-другому такую новость воспринял. Правда, я сама отчасти нарвалась. Видела же, что он на взводе, но нет, чего-то понесло меня, да еще и на хи-хи пробило. С другой стороны, мне тогда еще шестнадцати не было.

— Ого. Так ты несовершеннолетняя была, когда он, значит…

— Когда кого в нашем кругу такие частности останавливали? К тому же мой отец тогда сильно от его семьи зависел, там какие-то сложности с тендером возникли, и именно Голицын-старший мог решить эту проблему. Так что я бы в любом случае не стала поднимать шум, это могло сильно навредить папе. Про меня можно разное говорить и думать, но семью свою я люблю, и сделаю все, чтобы им жилось спокойно. Только все равно у него ничего не вышло, я его туфлей долбанула! Крику было, крови, потом еще «скорая» из вагнеровской клиники приехала. Жесть, короче. Но он меня тоже не сдал, сказал, что сам на что-то там напоролся. Только я тогда еще сообразила – он от меня не отвяжется.

— Так и вышло?

— Ну да. Стоит мне где-то осесть, обзавестись друзьями – через какое-то время появляется Сережа и начинает рушить все, до чего дотягивается. А руки у него длинные. Уверена, в том же «Деляге» именно он на меня Павленкова науськал, мол «Шелестова всем дает за карьеру, давай, не теряйся». И до того всякое было. Правда, последний год я жила спокойно, он во Франции обитал. Но вот, вернулся.