Книга Петля судеб. Том 2, страница 144 – Андрей Васильев

Кстати. О Вике. Чуть не забыл.

Я потянулся, отметив, что поясница ноет уже как-то даже привычно, что не есть хорошо. К подобной боли привыкать не стоит, это потом может боком выйти. В самом прямом смысле.

Впрочем, про все эти мелочи я забыл уже через пару минут, когда стал копаться в телефоне. Мало того, я несколько раз очень скверно выругался, а после порадовался тому, что моей сожительницы в данный момент дома нет. Кто знает, чем бы закончился наш разговор, подвернись она мне под руку прямо сейчас.

Эта зараза загнала в «черный список» кучу народа, причем все, как одна персоналии относились к женскому полу. Я-то гадаю – чего мне никто не звонит? Не скажу, что раньше мой телефон прямо вот разрывался от наплыва желающих со мной пообщаться людей, но в последние месяцы я по нему с одними и теми же людьми разговоры веду, а вся прошлая жизнь словно сгинула. А ведь еще совсем недавно мне время от времени позванивали разные люди, в том числе и противоположного пола. Кто от скуки, кто с каким-то вопросом, а кто и с целью скоротать вечерок с бутылочкой вина и с последующей ни к чему не обязывающей близостью. Я обычно расходился с подругами полюбовно, без скандалов и ругани, Элька, скорее, исключение из правил, чем обычное дело. Опять же - если бы не резкий восточный нрав и мутант-братец, то и тут бы обошлось без всех этих никому ненужных обострений. Разошлись – и разошлись, никто никому ничего не должен. И тогда всегда остается маленькая тропинка друг к другу, по которой время от времени, когда за окном дождь или снег, а на душе чуть скребут кошки, можно дотопать, например, до той же кровати. Мы же не враги, у нас есть общее прошлое, хорошее, светлое, душевно-теплое.

А эта поганка взяла, и всю мою коллекцию бывших в «бан» кинула»! Ну не стерва? И главное – по какому праву? Нет, мотивы понятны, с этим проблем нет. Но с какого ляда она решила, что ей можно решение такое принимать, да еще его и реализовывать? Да хрен с ним, с решением! Кто ей позволил в моем телефоне лазать в принципе? Я все понимаю – штамп из штампов, почти народный фольклор, ни одно скетч-шоу без сценки «она залезла в его телефон» вообще не обходится, но то шоу. А тут жизнь. За такую самодеятельность, по-хорошему, надо пинка под зад кое-кому дать со всей дури. И аргумент «так пароля нет, значит можно» не принимается. Основой сожительства двух взрослых людей являются моменты некоего взаимного уважения и умение договариваться друг с другом, а также способность время от времени идти на уступки, иногда даже с уроном для себя. Без этого что-то по-настоящему серьезное, капитальное, жизнеспособное построить трудно. Телефон – это та личная территория, на которую без спроса соваться нельзя, это проявление лютейшего неуважения ко мне, как к личности. Ну, или хотя бы следы не надо оставлять, что ли…

Короче, я был жутко зол. Настолько, что окажись Вика передо мной здесь и сейчас, то, пожалуй, минут через пять разговора наши с ней отношения можно было бы размещать в том разделе моей личной жизни, над которым расположена вывеска «Было и прошло». И плевать на то, что я несу за нее определенную ответственность. В конце концов, я не самый лучший человек на планете. Даже, скорее, наоборот. И пожелания Азова для меня несущественны были бы. Нравится ему Виктория – пусть он сам с ней живет. Пусть она в его телефоне копается, а не в моем.