Книга Закон охоты, страница 22 – Андрей Васильев

— Может, и так. Но люди остались людьми, что бы ты ни говорил. Выглядят — да, по-другому, говорят иногда так, что их не поймешь, но сердца их… Ладно, что о таком спорить. Значит, ты хочешь, чтобы я попотчевала тех трех хитников? Явила им свою милость?

— Я согласна и на двух, — хрустнула редиской оперативница, — на девчонку молодую и мужика смурного. А третью, которая крашеная, можно и не кормить. Ей оно даже полезно, может, жопа чуть поменьше станет.

Ох, хорошо, что Майя этого не слышит. Правды в этих словах нет, фигура у моей бывшей замечательная, но она, как и положено, то и дело сама себя критикует, употребляя слова «разжирела» и «отожралась», всякий раз ожидая от окружающих уверений в том, что это на самом деле не так, и жутко бесится, когда подобное не происходит. Ну а услышь она эдакое мнение, да еще от Светки, с которой у нее изначально отношения не сложились… Боюсь представить, что может случиться. Единственный плюс будет состоять в том, что Майя тогда точно выберется из этих пещер, хотя бы даже из принципа. Не знаю как, но выберется. Даже если умрет, то ее тень припрется к Метельской и попробует ту задушить.

Впрочем, не уверен, что это плюс. Большего подарка, чем Майя, застрявшая тут, на Урале, лет на пять-десять, я себе даже представить не могу. Ну разве что билет на скоростной экспресс «Наш мир — Навь — наш мир».

— И впрямь — доброта твоя велика, — хрустально рассмеялась Хозяйка. — За что же ты ее так? Неужто за то, что она когда-то с твоим мужчиной ночи проводила?

— Да это тут при чем? — возмутилась Метельская. — И не мой он вовсе.

— Не твой, — кивнула владычица. — Но ты же хочешь этого?

— Хочет-хочет, — вякнула с края стола Марго, — только фиг в этом признается.

И чего ее разобрало так? Если сейчас еще и она со Светланой разругается, то у нас не команда будет, а бог весть что.

— Нежить, знай свое место, — глянула в сторону вурдалачки Хозяйка. — Что тебя пригласили за стол — уже великая честь. Но слова не давали. Спросят — скажешь, а до того сиди молча.

— А еще лучше ей кол в сердце забить, рот ниткой суровой зашить, да и прикопать у Оборотного камня, — посоветовал сидящий рядом со мной старикан. — Да и остальных тоже!

— Вы очень недобрый старичок, — моментально среагировал на эту фразу Аркаша. — Вот так!

— Я дозволю тебе, краса-девица, пригласить за наш стол кого-то одного из тех троих, — припечатала ладонь к столешнице Хозяйка, — но двое других останутся голодными. Кого ты хочешь видеть здесь?

— Марину, — мигом отозвалась Метельская. — Ту, что помоложе.

— Будь по-твоему, — кивнула владычица. — Вот только есть одна мелочишка…

— Как без нее, — вздохнула оперативница. — Какая? Мне тоже нельзя будет есть?

— Почему? Угощайся, — обвела богатый стол рукой Хозяйка. — О другом речь. Девка услышит, что за урок я вам дам.

— Урок? — непонимающе глянул на нее Аркаша.

— В какие края вас пошлю и зачем, — пояснила повелительница. — Услышит и своим товарищам передаст.

— И чего? — удивился он. — Передаст и передаст. Пусть ее.

Хозяйка ничего ему не ответила, зато отчего-то уставилась на меня.

— Мне это не сильно по душе, — признался я, поняв, что отвечать все равно придется, — но моя подружка все равно не успокоится, потому пусть будет как будет.

Сказать — сказал, но, если честно, мне тоже было не совсем ясно, как именно нам мог навредить тот факт, что Майя и ее спутник проведают о выданном поручении. Разве что Хозяйка собралась отправить завалить какого-то местного чиновника высокого уровня, за то, что он… Ну, не знаю…. Затопил шахту или свалку устроил у подножия какой-то горы. Тогда да, они, по сути, свидетели. Правда, кроме слов, у них все равно ничего не будет. Да и потом — та же Майя и похуже кое-что вытворяла. Мне ли не знать?