Книга Слеза Рода, страница 73 – Андрей Васильев

— От тебя такое слышать странно, — усмехнулся я.

— Так это не мои слова, а его, — пояснила девушка. — Причем сказанные словно про тебя. Ты как раз такой, что очень здорово.

— Будь я такой, не знал бы проблем. Ты меня не идеализируй.

— И не думала, просто факты говорят сами за себя. Мы живы и сидим у фонтана, а не в какой-то пещере под горой. Чья это заслуга? Только твоя. Знаешь, я ведь до сих пор не верю, что мы оттуда выбрались. Просыпаюсь и глаза боюсь открыть — вдруг сон? Вдруг я снова там, на Урале? Или вообще умерла и это все иллюзии, созданные конвульсирующим мозгом?

Ну да, ей, понятное дело, все случившееся выбросить из головы трудно. Это у таких, как я, давно уже вошло в привычку мигом забывать то, что нас не убило и на будущее уже никак не повлияет, а тут-то тепличное растение по сути. Поди вычеркни с ходу из памяти призраков, клубки змей со всех сторон и лужи крови на камнях. И неизвестность, которая кажется бесконечной, выматывает душу и убивает надежду. У нас со Светкой хоть цель имелась, мы знали, для чего стараемся, а у нее что? Да ничего, кроме желания выжить.

— Все кончилось, — успокоил ее я. — Просто прими это как факт, а после выкинь случившееся из головы. Ну и в те края больше не суйся, чтобы тени прошлого не тревожить и от греха подальше.

— Это уж будь уверен, — фыркнула Белозерова. — Ладно, забыли. У меня же для тебя тоже подарочек припасен!

Надеюсь, это не футляр с дорогими часами или, к примеру, набор с золотыми запонками и булавкой для галстука. В моей биографии подобное уже случалось несколько раз, та же Татьяна сразу после того, как мы снова вступили в отношения, пыталась нечто подобное проворачивать, вручая мне завернутые в хрусткую бумагу презенты. Впрочем, эта канитель закончилась довольно быстро, после то ли четвертого, то ли пятого подношения, которое, как предыдущие, улетело в окно невскрытым. Танька зло бросила «не по Сеньке шапка» и после ограничивалась только кулинарными изысками, разумеется, не ей приготовленными. Но еда — это другое. Она не противоречит моим взглядам на жизнь.

Кстати — вон она, родимая, среди гостей бродит, накидываясь то ли шампанским, то ли вином и недобро зыркая в нашу сторону. Ой, как бы она сама себе проблем не создала. Мне-то что, мне плевать, если что — собрался да уехал, а ей с этими людьми дальше бизнес-отношения строить.

И ведь не остановишь ее, коли орать начнет. Это как с пистолетом на танк — побежать с криком «ура» на него можно, но результат предсказуем.

— Я его поначалу не узнала даже. — Марина сунула мне под нос смартфон, на экране которого была открыта какая-то фотография. — Эк его разнесло. Жуть, да?

Да. И я тоже не сразу понял, что за уродливая рожа там красуется — одуловатая, серого цвета, плюс вдобавок там и сям покрытая мелкими гнойными язвочками. А потом смекнул — это же Аркашка! Да, изменившийся почти до неузнаваемости, но он.

— Капец! — вырвалось у меня. — Эк его размотало-то проклятием.

— Каким проклятием? — мигом осведомилась любопытная девчонка. — Ты мне про него ничего не рассказывал.

— Потому что некоторые вещи тебе знать ни к чему, — пояснил я. — Кто этот снимок сделал, где и когда?

— Банкомат, в Москве, еще днем, — протараторила Белозерова. — Видно, кончились денежки у этого засранца, вот он и надумал кэша подснять. Если детальнее — улица Кусковская, это в Перово. Я тебе просто забыла сказать — все выданные ему карты тоже отслеживаются, начальник папкиной охраны договорился. И вот — сработало!