Книга Союз трех, страница 60 – Максим Шаттам

— Ничего себе! – восторженно сказал Тобиас.

— Нам удалось не превратиться в жрунов, но некоторые из нас оказались как-то по-особому связаны с природой. Биение жизни, энергетические потоки и…

— Телекинез?

Эмбер внимательно посмотрела на Мэтта:

— Да.

Видя, что девушка смущенно замолчала, Мэтт попытался продолжить. И вдруг он понял:

— Ты говоришь о себе? Ты тоже… жертва этой мутации?

— Я бы сказала так: плод изменения. Я все та же, но только… во мне происходят какие-то почти незаметные перемены, я это чувствую.

Глаза Тобиаса распахнулись так широко, словно сверху полился шоколадный дождь.

— Так ты умеешь передвигать предметы, не касаясь их? – воскликнул он.

— Тсссссс! – занервничала Эмбер. – Не кричи! Мне вовсе не хочется, чтобы на меня смотрели как на непонятного монстра. Да, поэтому мне нужно найти книги по физике – я хочу понять, что со мной происходит на самом деле.

— Ты реально можешь передвигать предметы? – по-прежнему настаивал Тобиас.

— Нет, не совсем так. Вообще-то, я довольно неловкая. В жизни меня обычно окружает невероятное количество всевозможных вещей – стаканов, чашек, ручек, которые сразу же падают и теряются, едва я пытаюсь их взять. Когда я была маленькой, я думала, что у меня хроническое невезение, – глупо, признаю. Просто я невнимательная, я размышляю одновременно о многом и потому часто рассеянная. На прошлой неделе я случайно задела локтем лампу и ринулась за ней, стараясь поймать; при этом я понимала, что это невозможно, потому что нельзя быть настолько быстрой, просто действовала на рефлексе. Было поздно, мне не хотелось разбудить других девочек, и я всей душой пожелала, чтобы лампа неподвижно застыла в воздухе, и клянусь, ее падение… замедлилось. У меня было время подхватить ее раньше, чем она упала на пол.

— Не-е-е-ет, – недоверчиво отозвался Тобиас. – Ты шутишь!

Мэтт ни секунды не сомневался, что девушка говорит правду. После Бури случилось столько всего необычного, что он не нашел в ее рассказе ничего удивительного.

— Ты можешь управлять этим? – спросил он.

— Пока не могу, но все же эта сила во мне есть.

— Ты говорила об этом остальным?

Тобиас наконец-то поверил Эмбер, и в его голосе скептицизм сменился любопытством.

— Нет, вы первые, кто узнал. В Гидре девочки о чем-то подозревают, но не могут понять, что сиильно не дает им покоя.

Она посмотрела на посерьезневших мальчиков и вздохнула.

— Если б вы только знали, как здорово разделить это с кем-то, – с явным облегчением прошептала Эмбер.

Она не переставала удивлять Мэтта. Такая взрослая и рассудительная, с хорошо поставленной речью и манерами, она словно на короткий миг сняла маску уверенной в себе красавицы. И тут же снова взяла себя в руки:

— Кстати, не хотите ли вы помочь мне в моих изысканиях – не только сегодня вечером, но и после? Мне кажется, что те из пэнов, которых беспокоит что-то особенное, расскажут мне об этом, и вместе мы попытаемся понять суть и причины этих таинственных изменений.

— Нет никакой тайны, – возразил Тобиас в своей обычной манере. – Если все, что ты рассказала, правда, пэны действительно могут обладать могуществом.

Эмбер быстро кивнула:

— Не надо называть это могуществом. В этом слове скрываются магические, сверхъестественные способности. В магию-то я не особо верю, честно говоря. Речь скорее о каких-то необычных связях с природой: у Серджо была температура, он весь пылал, как уголь, а потом научился извлекать огонь из двух кусков кремня. Гвен постоянно жаловалась, что ее бьет током, прежде чем вокруг нее однажды появились молнии – я об этом вам уже рассказала. Между природой и этими случаями существует связь, которую мы неожиданно обнаружили. Эти способности усиливаются вместе со странными симптомами. И теперь нам нужно понять, что происходит с другими пэнами, чтобы проанализировать все возможные варианты изменений.