Книга Королева Мальронс, страница 81 – Максим Шаттам

Едва они проглотили мясо, как откуда ни возьмись перед ними возникла массивная фигура. В качестве оружия хозяин жаровни держал в руках мясорубку. Тобиас швырнул в него тем, что оставалось от цыпленка, и, прежде чем тот успел понять, что происходит, оттолкнул мужчину.

Друзья бросились прочь по переулку. Хозяин кинулся следом, Эмбер на бегу распахнула дверь одного из домов – и мужчина врезался в нее. На этом преследование прекратилось.

Некоторое время друзья прятались на террасе дома неподалеку, чтобы убедиться, что погони за ними нет.

— Все-таки долго мы тут не продержимся, нас схватят, – твердил Тобиас.

— Поэтому мы останемся до темноты. Зная взрослых, я думаю, что они будут шататься по улицам и пить вино. Утратят бдительность, тут-то мы и попытаемся спасти Мэтта.

Вздрагивая от малейшего шума, друзья до сумерек дремали на террасе. Тобиас снова перевязал рану.

Вскоре зажглись фонари, и в темноте заплясали сотни огней.

Из своего укрытия Эмбер и Тобиас видели противоположный берег со старым университетом и его потемневшие от времени каменные строения с высокими окнами, арками и горгульями. Над самой внушительной постройкой – Министерством королевы – развевался флаг с яблоком в центре. Рядом возвышалась башня – резиденция Пьющего невинность – с пришвартованной наверху гигантской медузой. Тобиас опять восхитился дирижаблем и заметил тени, мелькавшие в башне за узкими окнами.

Университет был окружен большим, похожим на лес заросшим парком; казалось, если двигаться на запад, через него можно выйти из города.

Глядя на все это, Тобиас пришел к выводу, что циники гораздо более умны, чем считают пэны. И более многочисленны.

Если бы циники решили пойти войной на пэнов, ни одно племя не смогло бы им противостоять.

Тобиас вздрогнул.

— Пора, – произнесла Эмбер.

Натянув капюшоны, друзья вернулись на главную площадь и остановились перед зданием, в которое занесли Мэтта.

— И что теперь? – спросил Тобиас.

— А теперь мы войдем и освободим нашего друга.

Казалось, звуки проходят через искажающий их длинный тоннель. Голоса звучали приглушенно, не все слова удавалось разобрать. То становилось слишком жарко, то, наоборот, его трясло от холода.

Через некоторое время Мэтт смог наконец отчетливо разобрать первое слово. Потом второе. А затем обретать смысл стали целые фразы.

Кто-то говорил – слишком громко:

— Где он? А, вот! Покажите мне его лицо. Да, это точно он! Никаких сомнений! Вы уверены, что он не умер?

— Абсолютно, господин советник, – ответил другой человек. – Офицер, осматривавший его, не очень хорошо разбирается в анатомии. Он не сумел нащупать пульс, но мне это удалось. Я лично осмотрел его и гарантирую, что он жив. Жизнь ему, вероятно, спас этот любопытный жилет. Парень скоро очнется.

— То, что мне рассказали о его чудовищной силе, – правда?

— Боюсь, что так, сэр; судя по тому, что я узнал, не многие мужчины в наших краях могли бы с ним потягаться. Просто поразительно!

— Удалось выяснить, почему он напал на солдат?

— Чтобы освободить собаку. Знаю, это звучит странно, но пес очень необычный, в холке он выше пяти футов^[6].

— А вещи, рюкзак этого парня?

— Обнаружены поблизости от места битвы.

— Хорошо. Я их забираю. Как и собаку – если для него она так важна, я хочу, чтобы она была со мной.