Книга Союз хищников, страница 100 – Максим Шаттам

Микелис провел ладонью от лба до затылка.

— Наш убийца – не Балфур.

Он произнес эти слова с такой уверенностью, что Людивина и Сеньон поняли: он что-то скрывает.

Его взгляд пронзал их насквозь.

От этого взгляда жандармам становилось не по себе.

Людивина не могла решить, то ли все дело в невероятной интенсивности этого взгляда, то ли в его прозорливости, но разгадка была иной.

Глаза были абсолютно пусты.

Алексис не ошибся, обратившись к уникальным способностям Микелиса: тот думал не как полицейский. Ни при каких обстоятельствах. И тем труднее было полицейским поспевать за ним. А удержать его было невозможно.

Он мыслил как убийца.

И взгляд у него был такой же.

Микелис закрыл дверь, чтобы отгородиться от остальной части комиссариата полиции.

— Послушайте, у Балфура характеристика крутого парня, закоренелого преступника, настоящего бандита, но не интроверта, не психопата, который потихоньку убивает людей, претворяя в жизнь свои навязчивые желания. У него нет судимостей за сексуальное насилие, непристойное поведение, приставания – ничего, что сделало бы его тем, кого мы ищем. Понятно, что он законченный преступник, но он не серийный убийца.

— Бывают же исключения, – возразила Людивина.

— Бывают. Но на всякий случай я бы не отметал и другие варианты.

Микелис говорил так уверенно, будто имел в запасе козыри.

— Какие, например?

— Тюрьму. Убийца, действующий в Шотландии, достаточно осторожен, чтобы не попасться на глаза свидетелям, и методичностью напоминает Зверя. Оставляет только то, что не может стереть: следы шин и обуви, вот и все. Как он мог оставить следы ДНК?

— По недосмотру? Там ведь было всего несколько волосков…

— Он не оставил нам ни единого отпечатка, следовательно, действует в перчатках, он осторожен, и вдруг такая глупость – взять и оставить ДНК! Такой гиперосторожный насильник обязательно обреет себе всю лобковую область, чтобы не собирать потом волоски на месте преступления. Значит, не такой уж он и хитрый…

Людивина понимала, что такая нестыковка вызывает у Микелиса недоумение: как может нападавший быть предельно осторожен почти во всем и вдруг что-то делать наспех?

— Значит, случайность? Два туриста-автостопщика сначала встретили Логана Балфура, а потом наткнулись на убийцу? Как-то сложновато выходит.

Людивине это казалось совершенно неправдоподобным.

— Если только это не инсценировка, – ответил криминолог.

В комнате повисла тишина. Слышно было, как дождь стучит в окна.

— Балфур недавно вышел из тюрьмы, возможно, там он познакомился с убийцей: человеком замкнутым и слабым, которого использовали как женщину, – вы понимаете, что я имею в виду. Убийца постепенно сблизился с Балфуром. Тот – зверюга, мужлан. И он устроил ему идеальную подставу. Во время заключения у него было достаточно времени, чтобы собрать волоски Балфура – на будущее. И с помощью этой пары туристов решил заставить Балфура заплатить за прошлые унижения.

Людивина кивнула на дверь:

— Зачем тогда вы послали Бейнса его арестовывать?

— Потому что умозаключения – это все, что у меня есть, а они весят гораздо меньше, чем найденные улики. Но вы же мне верите, правда?

— Вы сказали, что по методичности он похож на Зверя, – сказал Сеньон. – Думаете, они друг друга инструктируют, передают опыт?