Книга Постоянство хищника, страница 94 – Максим Шаттам

В затылок упирался безжалостный, как у снайпера, взгляд. Он смотрел, пока она не скрылась за углом. Интересно, о чем он думает.

Но, сделав несколько шагов, она решила, что лучше этого не знать.

* * *

Людивина опустила солнцезащитный козырек и села поудобнее. Машина была припаркована чуть дальше по улице.

— Это он.

Торранс резко обернулась:

— Он видел вас?

— Скорее уж залез под одежду и вломился в голову.

Торранс поджала губы в знак понимания.

— Остаемся здесь, следим за ним и ждем приказа, – решила она.

— Но если Хлоя не у него, мы…

— Она либо уже мертва, либо он рано или поздно заедет навестить ее. Кошка всегда играет с мышью. Пленница ему понадобится. Мы должны быть осторожны и внимательны.

Людивина помассировала шею. Глупо, но сейчас больше всего хотелось принять холодный душ, чтобы отмыться от грязного взгляда Симановски.

Торранс протянула ей бейсболку:

— Он не должен заметить, что вы все еще здесь, если вдруг выйдет.

Людивина надела кепку, опустив козырек пониже, и они снова включили радио.

Через пять минут шестичасовой вечерний выпуск открылся новостью, которая заставила их похолодеть.

«Нам сообщили, что в деле о телах, найденных на шахте „Фулхайм“, один из профилей ДНК сейчас сравнивают с ДНК потенциального подозреваемого. Мы не знаем…»

— Да чтоб их! – рявкнула Торранс. – Мерзкие журналюги! Вот твари…

Не успели они обдумать, что делать, как Симановски выскочил на улицу и почти побежал к машине.

— Людивина, в баре был телевизор?

— Да, но транслировали скачки… Хотя внизу бежала информационная строка, – сообразила она.

Торранс повернула ключ зажигания.

— Он знает, – заключила она.

Симановски ехал теперь гораздо быстрее. Несомненно, возвращался домой. Людивина висела на телефоне с Гильемом, который предупредил ближайший полицейский отряд наблюдения и оперативного вмешательства, не было времени ждать спецназ.

— Не упустите его, – взмолился Гильем. – Он не должен смыться!

— Это сейчас не главное, – сказала Людивина.

Ее не оставляла мысль, что он торопится уничтожить улики. И начнет с Хлои.

Когда он проехал на красный свет, они убедились, что это все не случайно: он знает, потому и гонит домой. У него срочное дело, нужно успеть до приезда полиции.

На последнем километре Торранс решила обогнуть дом и выехать с другой стороны дороги, чтобы он их не заметил.

Они остановились недалеко от дома, и у ворот Людивина увидела в бинокль «Пежо-205». Симановски исчез.

— Наверное, вошел, – предположила Торранс.

— А если он уже ее убивает?

— Людивина, вы не хуже меня знаете, что нельзя…

Людивина, телефон которой лежал на коленях, перебила Торренс и спросила:

— Гильем, сколько до прибытия оперативников?

— Минут двадцать.

Людивина выдохнула сквозь стиснутые зубы.

— У нас нет этого времени, Люси. Через двадцать минут она будет мертва. Он не просто так спешил.

Дверь открылась, и появился Симановски с железным прутом в руке.

Людивина не могла усидеть на месте и вышла из машины. В бинокль она увидела, как он помахивает прутом, словно готовится, наводит резкость перед избиением.

Затем он спустился по ступенькам и двинулся через двор.

— Он идет к большому сараю, – сообщила Людивина. – Видимо, она там. Он собирается прикончить ее, чтобы она не могла дать против него показаний.