Книга Постоянство хищника, страница 54 – Максим Шаттам

Харон не стал рисковать, он напал в другом месте, подумала Людивина. Как он выманил ее на улицу, к пустырю? В то утро у нее не было известных причин идти туда… Никто не звонил, не присылал сообщений. Она когда-нибудь назначала там встречи?

Они решили ехать на машине, которую им одолжил юридический отдел. Торранс села за руль. Высохшая обочина дороги щетинилась густыми зарослями, буграми, за которыми легко укрыться, а мусор указывал, что проход есть. Даже если бы Харон спрятался, ему не хватало бы уединенности в разгар утра, так близко к оживленной улице. А это не соответствует его образу, который начал складываться у Людивины.

— Вы думаете о том же, о чем и я? – спросила Люси.

— Он напал не здесь. Тут нашли телефон Клер, больше ничего.

— Он выбросил сотовый из окна, проезжая мимо. Клер похитили в другом месте.

— Я не вижу идеального места между квартирой и этим участком, – отозвалась Людивина. – Здесь людно, свидетели могли заметить. А это на него не похоже. Он слишком осторожен.

— Может, в здании? Ночью.

— Все равно рискованно. Надо быть уверенным в себе. Если место не идеально, если она успеет закричать, все пропало.

— Он уверен в себе. Опытен. Он – машина. Ничего не оставляет на волю случая. У него хватает наглости нападать в доме.

Из салона автомобиля, припаркованного на обочине пустыря, Людивина видела, как мимо проносятся машины. Она лихорадочно размышляла.

— В ее квартире, – наконец сказала она. – Вторжение в дом жертвы – символическое начало изнасилования, это его возбуждает.

— Никаких следов взлома или ДНК Харона в доме не обнаружено.

— Даже на простынях?

Торранс просмотрела отчеты и покачала головой. Потом вдруг замерла, вглядываясь в фотографию комнаты.

— Где простыни? – спросила она, передавая ее Людивине.

На голом матрасе стояла желтая пирамидка с черной цифрой 8.

Удар по газам, поворот руля, взвизгнули шины – они помчались в дом Клер и Тьерри Ауара. Тот открыл им и очень удивился. Торренс показала ему фото.

— Вы сняли простыни до того, как здесь появились наши команды?

— Э-э… нет. Нет, я увидел кровать вот такой, но подумал, что это Клер… Она часто так делает, когда меняет белье: снимает, но не стелет чистое, чтобы проветрить матрас. Так она говорит. Говорила…

— А грязные вы потом нашли? – спросила Людивина.

Ауар растерялся:

— Я… Я не помню, какие были до того, но… вроде бы нет, вряд ли. Хотя сейчас, когда вы спросили, я вспомнил – нет, не видел грязных простыней, точно не видел.

У Людивины заледенела спина.

Харон проник в квартиру.

И забрал Клер вместе с уликами.

Оставался один вопрос. Как ему удалось покинуть здание с жертвой, не боясь, что его заметят, пусть даже среди ночи? Харон слишком осторожен, чтобы дразнить удачу. Он действует наверняка. Не оставляет шансов никому.

Даже следователям. Слишком долго он убивает, не стоит надеяться, что он ошибется.

Торранс и Людивина должны оказаться сильнее и умнее.

Еще немного времени. Это все, что нам нужно. Немного времени, чтобы проанализировать твой метод.

Людивина была убеждена: каким бы совершенным ни был Харон, он постепенно раскрывает себя в каждом преступлении. Они поймут его, просчитают. Обнаружат слабые места. И вцепятся мертвой хваткой.

Еще немного времени.

Отель «Корниш» был оазисом шика и уюта над Аркашонской лагуной. Огромная песчаная терраса с морскими брызгами внизу и ароматными соснами позади выглядела как балкон в раю.