Книга Постоянство хищника, страница 161 – Максим Шаттам

Джонни Симановски скрутила жестокая судорога, когда ток прошил его тело насквозь, выстрел взорвал кукольную голову с лампочкой, и тело убийцы рухнуло на пол.

Пистолет выскользнул из его пальцев и отскочил в сторону, противоположную от Людивины. Она не могла поднять «зиг-зауэр», не пройдя мимо Джонни.

Он выгнул спину, сжал кулаки. Он был слишком крупным, и пригвоздить его к полу с первого раза не удалось.

Преступник уже поднимался, сжимая челюсти так крепко, что Людивине показалось: еще чуть-чуть – и раскрошатся. Каждый мускул был напряжен. Это выглядело даже внушительнее, чем обычно, мышцы чуть не лопались. Он встал на одно колено, издал глухой рык.

Сейчас поднимется.

Людивине не хотелось приближаться к маньяку, она ясно понимала: если он ее схватит, она окажется в полной его власти. Но он преграждал путь к единственному выходу. И она не могла придумать, чем же ей защититься.

Новый жуткий рык, и Симановски поднялся на ноги.

Почти. Два шага – и он вылезет из лужи. Встряхнется. И убьет их.

Людивина должна была отвлечь его на себя, дать шанс Хлое, которая притаилась за столом…

Хотя нет. Ее там уже не было.

Хлоя возникла сбоку и подняла пистолет, отлетевший к ней.

И направила ствол на Симановски.

Выстрелы гремели, как мстительные выкрики. Резкие слова на смертоносном языке. Проклятия.

Груда мышц рухнула, окутанная едким запахом пороха.

Людивина поймала взгляд Хлои – женщины на грани исчезновения, находящейся между двумя мирами, реальным и безумным. Та вся дрожала. Посмотрев на Людивину, вроде бы немного успокоилась. Они тут. Вместе. Живые.

Внимание Людивины привлек шум, который исходил от Симановски.

Большинство пуль попали в цель, но он еще дышал. С жутким свистом, как штормовой ветер, попавший в ловушку маяка. Он старался держать глаза открытыми. Как можно шире.

Людивина шагнула к нему.

А когда он вдруг перестал дышать, в его лице появилось что-то детское. Уму непостижимо…

Казалось, он кого-то ищет в небытии.

Кого-то или что-то несуществующее.

Хрупкая детская рука высвободилась из ладони матери, которая тщетно пыталась удержать ее за маленькие пальчики.

Луиза подошла к окну больничной палаты и выглянула наружу.

Хлоя не хотела отпускать дочь от себя, она хотела бесконечно вдыхать аромат детских волос, каждое мгновение чувствовать нежную кожу. Даже если девочка отходила на два метра, Хлоя паниковала. Ей стоило огромного труда сохранять самообладание.

Луиза не должна страдать из-за матери.

Хлою много дней держали на седативных препаратах, потом перевели на многочисленные лекарства, чтобы успокоить нервы, и теперь она почувствовала острую потребность держать любимых людей рядом. Они помогали ей оставаться в этой реальности.

Куда пропал Арно? Почему они с дочкой так долго ищут туалет?

Хлоя вздохнула. Она торопится. Психолог предупреждал, что все станет другим. Что она не только будет страдать от ночных приступов паники, но и перестанет узнавать повседневную жизнь.

Потребуются время и терпение, чтобы шаг за шагом восстанавливать уверенность, не убегать, а «думать о себе, чтобы залечить раны». Формула показалась ей слишком простой, но он профессионал, он знает, о чем говорит, верно?

Хлое казалось, что она утопает в ватном одеяле, которое отделяет разум от эмоций. Это все коктейль из таблеток, она почти не сомневалась. Не сказать чтобы неприятный. Сейчас ей без препаратов не обойтись. Хлоя не хотела отупеть – только забыть тяжелые моменты, ведь стоило ей закрыть глаза и попытаться заснуть, как в голове начинали прокручиваться страшные воспоминания. Она хотела больше не просыпаться с криком. А в остальном полагалась на семью.