Книга Сигнал, страница 255 – Максим Шаттам

Рон, конечно, прекрасно понимал, что миссис Костелло совсем не спит. Сердце и остальные органы плавали в бульоне из химикатов, которые должны были замедлить процесс разложения, чтобы дать родственникам попрощаться с умершей.

Рой не совершал чудес, он лишь замедлял время. Никто не может избежать смерти, но хороший бальзамировщик способен сохранить видимость жизни.

Он снял латексные перчатки и выбросил их в ведро. На сегодня достаточно. Рону не терпелось оказаться в постели и почитать газету перед сном.

Он повернулся спиной к операционному столу.

В эту секунду взорвались все лампочки.

Как только прошло первое удивление, он попытался нащупать на каталке зажигалку, но вспомнил, что она осталась на втором этаже, в кабинете. Очень досадно. Он мог включить аварийный генератор и даже найти его на ощупь, но с разбитыми лампочками толку от этого будет немного. И тут Рон вспомнил о ручке с фонариком — подарке внука Стивена. Он пользовался ею для записей, она должна быть где-то среди бумаг, в ногах миссис Костелло.

Он нащупал ручку и включил фонарик, который засветился маленьким белым огоньком.

Как раз достаточно, чтобы найти путь наружу.

К несчастью, Рон Мордекай не заметил, как грудь Эльвиры Костелло медленно вздымается у него за спиной. Как поднимаются веки и выпадают из-под них примочки. Густая желтая жидкость потекла изо рта умершей все усиливающимся потоком.

Рон поднял перед собой ручку, подсвечивая дорогу.

Эльвира Костелло наклонилась и неожиданно стремительным движением прыгнула на свою жертву. Швы разорвались, обнажая серые зубы.

Рон потратил добрых полчаса, полируя и крася ногти, пока они не приняли тот же розоватый оттенок, что и губы. Те самые ногти, что теперь выцарапывали ему глаза и разрывали щеку в жуткой тишине, нарушаемой лишь стонами Рона Мордекая.

Щека порвалась почти до уха.

Продолжение было еще хуже.

В ресторане играла легкая мексиканская музыка, и запах перца и специй усиливал это ощущение легкости, но Джемма чувствовала себя выбитой из колеи. Она достаточно хорошо знала Оливию, чтобы распознавать страх в ее голосе. А внезапность, с которой прервался их звонок, только подтверждала серьезность ситуации.

Мальчики не понимали, почему они вдруг должны уходить так быстро, и Джемме пришлось чуть ли не силой выталкивать их на улицу. Адам Лир, который присоединился к их компании после того, как позвонил узнать, как у нее дела, наклонился к Джемме:

— Это из-за меня?

— Нет. Тебе следует вернуться домой. Мальчики, в машину, быстро!

— Но, Джемма, — запротестовал Чад, — нормально же сидели!

— Он прав, — вмешался Коннор, — почему нам нельзя один раз посидеть и расслабиться? Не так уж часто нам везет спокойно отдохнуть!

Кори, который лучше других умел уловить оттенки в голосе сестры, был серьезнее других:

— Джем? Что-то не так?

— Оливия хочет, чтобы мы вернулись, там что-то случилось, я почти уверена.

Адам Лир взял ее за руку.

— Я могу помочь?

— Нет, прости… Я тебе позвоню.

Больше никто не проронил ни слова. Джемма с мальчиками в спешке уселись в «Датсун», и девушка завела машину. Задняя дверца открылась, и Адам толкнул Коннора, чтобы тот подвинулся.

— Я с вами. Если у тебя неприятности, я тебя одну не оставлю!

Присутствие Адама должно было подбодрить ее и успокоить, но Джемма не ощутила ни бабочек в животе, ни покалывания в затылке — ничего, кроме мрачного предчувствия.