Книга Иллюзия, страница 96 – Максим Шаттам

Когда ставни открыты, дневной свет, должно быть, проникает с обеих сторон и, учитывая высоту расположения окон, придает этому месту почти небесную ауру, размышлял Юго, подходя к двустворчатой двери.

— Что ты задумал? – встревожилась Лили.

— Башня в той стороне, мне кажется.

— Но мы не можем продолжать бродить по его дому, как воры!

Юго поднял голову и, стараясь говорить как можно четче и увереннее, закричал:

— Месье Страфа? Вы здесь?

Лили вцепилась ему в руку. Юго крикнул снова и еще несколько раз и покачал головой, глядя на свою сообщницу:

— Он либо спит, либо куда-то вышел.

— Юго, Страфа больше не выходит. Он наверняка здесь.

Юго не был в этом убежден. Вечером, когда они смотрели кино, он видел чей-то силуэт в окне шале. Он знал, что по ночам здесь кто-то бродит тайком. Страфа или, по крайней мере, один из его непосредственных подчиненных.

— Сколько человек работает на него? Я имею в виду здесь, в усадьбе.

— Нисколько. Он живет совершенно один.

— Не может такого быть.

И то, что никто не вышел им навстречу, тоже странно. Если Страфа нет дома, значит кто-то его сопровождает. Юго мог представить себе только такой вариант. А может, он лежит в подвале, в гробу, и его веки приподнялись, когда он меня услышал. Он в ярости и сегодня ночью покажется, чтобы…

Лили дважды быстро сжала ему руку, чтобы привлечь внимание. Она смотрела на висевшую на стене длинную, больше двух метров, пробковую доску, к которой были прикреплены фотографии всех сотрудников Валь-Карьоса. Официальные фотографии, расположенные в один ряд, за исключением нескольких, висевших ниже, – их Юго сразу узнал, несмотря на полумрак.

Эксхел. Джина. Людовик. Мерлен. И он сам. Фотография из его личного дела.

Новички.

Юго отметил, что Армана и Поло Страфа явно отнес к «старожилам», поместив в ряду «постоянных сотрудников».

Одна деталь заставила его громко сглотнуть. Его собственная фотография.

Только она была прикреплена не одной, а двумя кнопками.

И вколоты они были не в уголки фотографии, как у всех остальных.

Они были воткнуты прямо ему в глаза.

32

Лили схватила Юго за руку и оттащила назад.

— Давай-ка свалим отсюда поживее.

Но он застыл на месте. Перед фотографиями. Что за игру затеял Страфа? И почему выбрал именно его?

— Я хочу с ним встретиться, – объявил Юго.

Он высвободился, направился к двустворчатым раздвижным дверям в кирпичной стене и распахнул их.

— Люциен Страфа? – громко позвал он, когда Лили подошла к нему.

Они находились под башней, в самом центре усадьбы, в комнате, едва освещенной единственным узким отверстием над площадкой верхнего этажа. Трещиной в витраже с изображением Марсельского Таро^[36]. Пурпурно-багровые лучи падали на ступени Г-образной внушительной лестницы.

Юго осознал, что стоит посреди музея. Музея Страфа. Потрепанные афиши. Повсюду предметы в стеклянных витринах. Латунные шкатулки, пальцевые наручники, подставки с рядами ножей, несколько безупречных костюмов, в основном смокинги, и даже гильотина, впечатляющая своим острым лезвием, которое посверкивало даже при тусклом свете. Загипнотизированный этой историей магии, Юго переходил от экспоната к экспонату – без табличек, без объяснений, что лишь усиливало работу воображения, стремящегося понять, что это за предметы и какую тайну они хранят. Он наткнулся на кадильную свечу на деревянной подставке – почти полностью догорев, она еще дымилась.