Книга Сердце Земли, страница 158 – Максим Шаттам

Мэтт заморгал, отказываясь в это верить.

— Бен? Но…

— Мне жаль, Мэтт, это было необходимо.

— Почему? – возмутился Тобиас.

Бен покачал головой:

— У меня не было выбора. Ради блага нашего народа. Мы не можем выиграть войну. Там, возле крепости, сейчас убивают наших друзей. Их надо было спасать.

— Значит, это ты…

Мэтт ощутил внутри давящую пустоту. Не только предательство Бена, но и сам факт, что предателем может оказаться так много сделавший для пэнов и подвергавший свою жизнь опасности, служа Эдему, долгоход, шокировал его. То, что он согласился предать в руки циников своих друзей, заключить договор с врагами, означало лишь одно: взросление неизменно ведет пэнов к сближению с циниками. Взрослея, пэны перестают верить в вечную дружбу и становятся расчетливыми и осторожными, думают о выгоде. Мэтт уже видел такое.

Тут уж ничего не поделаешь…

А Бен – живое доказательство неизбежности этого взросления. И это доказательство, только что предъявленное Мэтту, подкосило его.

Все было напрасно.

— Я заключил соглашение с Мальронс. А ты, Мэтт, против мирного договора.

— Думаешь, она выполнит свои условия?

— Все уже свершилось! – прогремел властный голос.

В комнате появилась Мальронс в черно-белом платье.

Она смотрела на сына, но ее бледное лицо не выражало ни любви, ни сострадания.

— Я очень долго ждала этого момента, – призналась она.

— Мама, – вырвалось у Мэтта.

— Ты именно такой, каким я тебя запомнила.

— Так ты что… помнишь меня?

Мальронс не выказала ни нежности, ни жалости, ничего – от нее веяло только пугающим холодом.

— Твое лицо преследовало меня, – сказала она. – Ты так часто мне снился! Ты – воплощение моих былых пороков. Наконец-то я могу доказать Богу свою абсолютную преданность Ему.

— Ты… – Мэтт запнулся, все еще надеясь, что в душе той, которая была его матерью, осталась частичка любви, – больше не любишь меня?

Королева пренебрежительно рассмеялась, и охватившая Мэтта печаль превратилась в злость.

— Я люблю тебя за то, чего смогу достичь благодаря тебе, сын!

— Не зови меня так, – резко возразил Мэтт. – Никогда та, что привела меня в этот мир, не объявила бы войну детям!

— Вера открыла мне глаза. И я собираюсь доказать это всем. После того, что я сделаю, мои люди последуют за мной до конца – к миру, к искуплению и к Богу!

Тобиас отступил в угол.

— Вы же не убьете его? Вы что, принесете его в жертву перед своим войском?

— Я проводник для этих заблудших душ! – Глаза Мальронс загорелись безумным огнем. – Я покажу им пример.

— Чтобы убедить сомневающихся, – подхватил генерал Твен. – И чтобы навсегда сплотить наших солдат. Королева пожертвует плотью от плоти своей!

— Трубите в рог! – выкрикнула Мальронс. – Я хочу, чтобы это видели все. Прямо сейчас!

— А как же война? – вмешался Бен. – Вы же обещали…

Мальронс взглянула на него, как на выползшее перед ней на дорогу насекомое:

— Она уже заканчивается! В этот самый момент.

Бен с облегчением вздохнул и печально посмотрел на Мэтта.

— Это было необходимо, – пробормотал он.

Мальронс рассмеялась. И ее смех прозвучал зловеще.

— Мы отправим вашим людям сообщение о том, что война окончена, что они нанесли нам слишком большой урон. И когда они откроют ворота крепости, мы перебьем их всех. Бог не может страдать оттого, что мы слишком милосердны. Наш дар Ему должен быть бесконечным.