Книга Кости и цветы, страница 147 – Ярослав Заболотников

— Ещё трёх видит Скарги, — Лайла посмотрела куда-то вперёд: — Прячутся, — а потом тут же обернулась назад: — Нас окружают, — она разделила огненный шар на два более маленьких, чтобы освещать сразу обе стороны.

— Встречаем, — Эрминия сделала несколько шагов навстречу нарастающему топоту и до скрипа натянула лук.

— Даже отряхнуться не дали… — поравнявшись с ней, вскинул арбалет Рэксволд.

Наступавшие с тыла притихли возле дальнего перекрёстка. Из-за угла шкафа осторожно выглянула голова и юрко скрылась обратно — свистящая стрела пронзила пустоту, где секунду назад мелькнуло лицо, и с деревянным стуком упокоилась во тьме.

— Смотри-ка: жить хотят, — ассасин скосил глаза на Эрминию, что выдернула из колчана новую стрелу.

— Хотели бы — не лезли…

Лайла с Джоном же были сосредоточены на переднем перекрёстке, до которого было около пятнадцати метров. Там мрачный боковой проход вдруг озарило светом, и в зону видимости вывалился кричащий послушник, что истерично хлопал себя по горевшим одеяниям. Следопыт точным выстрелом завершил слаженную работу Лайлы и Скарги — на пол грохнулся полыхающий труп.

— Здесь отбиваемся? — кинул назад Джон.

— Да, — сурово ответила Эрминия.

В соседнем ряду натужно заскрипели полки: похоже, кто-то лез на шкаф.

— Повторяют суки… — подняв арбалет, Рэксволд уже караулил наглеца.

Однако произошло то, чего никто не ждал. Сверху, из темноты, вылетела глиняная амфора и вдребезги разбилась между странниками. Под звон осколков над зелёной кляксой взмыло белёсое облако. Отпрянувшая от него четвёрка, теперь разделённая на пары, наблюдала, как испарения покрывают книги чёрными пятнами.

— Давайте в этот ряд! — увидев за клубами лицо Джона, Эрминия указала влево.

Тот кивнул и вместе с Лайлой, что прикрывала нос рукавом, двинулся в обход. Вампирша направила один из пламенных шаров следом за друзьями — прямая траектория позволяла, — чтобы они не остались в кромешной мгле.

Оттесняя послушников выстрелами и струями огня, уже через полминуты пары планировали воссоединиться. До перекрёстков оставались считанные метры. Вдруг где-то неподалёку раздался громоподобный треск, пол вздрогнул, словно упала вековая ель, и заскрежетавшие шкафы с грохотом сомкнулись в глухую стену.

— Мать твою… — Рэксволд ошарашенно глядел на плотно стиснутые шкафы, с верхушек которых рваной шалью сходили пылевые потоки. Схлопнулись почти перед носом! Ещё бы чуть-чуть, и раздавило! Зато теперь стало ясно, почему враги разбежались, как крысы: дали заглотить наживку.

Ко всему прочему плывущий над головами огненный шар рассыпался на оранжевые искры — взор окутала тьма.

— Круто влипли, — шепнула Эрминия. — Теперь-то попрут, даже не сомневаюсь, — она повернулась спиной к шкафу, опустилась на колено и поравняла оперение со щекой. — Отсюда.

Звучало правдоподобно. Не зря же маги не закрыли другой боковой проход, превратив перекрёсток в тройную развилку.

— Жду с нетерпением… — вполголоса сказал Рэксволд. Он тоже присел, держа пальцы на рычаге арбалета.

Потухшая проекция рисовала в мыслях раздавленных деревянными тисками друзей. Но сейчас нельзя было поддаваться эмоциональным порывам. На них дэнрийцы и рассчитывали. Вернуться тем же путём — надышаться ядовитыми испарениями, а то и в новую западню угодить. Перелезать через стену шкафов, за какой стояла мёртвая тишина, — тоже рискованно. Лучше уж тихо дождаться врагов. Мрак — как оброненный в битве клинок: даст преимущество тому, кто сумеет им воспользоваться.