Книга Начало конца, страница 100 – Ярослав Заболотников

Над тонувшей в темноте рощей повисло гробовое безмолвие, осевшее на мертвенно бледное лицо Лайлы ветхой улыбкой.

— Самой мне не хватит смелости, потому и прошу. Думаю, если обезглавить меня и пронзить сердце, то я уже не вернусь. А вы похороните нас вместе…

Оценив серьёзный настрой подруги, воительница хладнокровно посмотрела на ассасина и кивнула на яму. Тот, перестав таращиться на Лайлу, принялся осыпать земляную горку в могилу.

— Нет! Вы не понимаете! — вампирша бросилась к Рэксволду. — Это моя вина! Я должна быть с ни… — стремительный удар под дых оборвал фразу.

Через секунду Лайла уже лежала на земле с заломанными руками и упёршимся в спину коленом Эрминии.

— Совсем сдурела, что ли⁈ — рявкнул голос сверху.

Вампирша ощутила себя жертвой хитрого силового захвата: все попытки освободиться или встать только причиняли боль.

— Лежи. Не дёргайся.

— Я хочу быть с ним… — вышедшая изо рта стужа затрещала на опавших листьях. — Убей меня, Эрми… Мне не нужна жизнь без него…

Ответом стало хмурое молчание.

— Нет… нет… — заскулила Лайла, глядя, как очередной отсечённый щитом оползень сходит в могилу. — Отпусти меня. Эрми. Эрми!

Вспомнив о ментальных проекциях, вампирша прикрыла глаза: раз мольбы остаются неуслышанными, пусть речь держит огонь. Впредь всякий, кто решит пленить её, поплатится… и очень дорого. Вспыхнувшая спина станет ключом к свободе, а запах горелой плоти — скорбным напоминанием о преданном доверии. Девушка абстрагировалась от звука падавших в яму комьев и сконцентрировалась. Ничего… Ничего не происходило… Нарисованное в голове пламя так и оставалось настойчивой мыслью! Вслед за подругой Лайлу предали и огненные чары… Всё, что у неё осталось, — жалкие попытки сопротивления и возможность смотреть, как могила наполняется землёй, сырой толщей, всё больше отделявшей её от вечного сна с возлюбленным.

— Я тебе этого никогда не прощу… — ледяным тоном сказала вампирша, когда в притоптанную почву безымянным надгробием вонзился меч Джона, еле найденный ассасином в кромешной тьме.

Услышав шелест воткнутой стали, Эрминия отпустила Лайлу и встала:

— Однажды ты поймёшь, насколько заблуждалась…

— Уже поняла… — рубины глаз поднялись на уровень лица. — Я думала… мы друзья, — сияющий взор поглотил мрак: вероятно, вампирша отвернулась.

— Так и есть… — изрёк запыхавшийся Рэксволд. — Поэтому целиком и полностью разделяем твою боль… Но кем мы будем, если дадим совершить тебе глупость? Неужто думаешь, что мы желаем тебе зла? Лайла? Лайла?..

Где-то неподалёку хрустнула ветка.

— Она ушла… — взгляд северянки блуждал в беспросветно тёмном лесу. — И нам её не догнать…

Запад Виверхэля бережно хранил крупицы осеннего тепла: треугольник из горных хребтов задерживал холодные ветра на пару недель — когда восток уже белел от снега, здесь ещё можно было застать ковёр из пёстрой листвы. Оттого бежавшие от зимы бродяги, не желавшие толкаться в тесноте южных краёв, часто преодолевали перевалы и наслаждались благостной погодой не меньше полумесяца. Так, соблюдая ежегодную традицию, вечером минувшего дня Гарс и Бантака спустились со скалистых склонов к окрестностям Тюрген Кроунт.

Гарс, низкий мужичок с рыжей бородой и телосложением похожим на бочонок, был полной противоположностью своего спутника: мускулистого верзилы с ровной, стекавшей с макушки причёской, напоминавшей надетую на голову глиняную миску.