Книга Живые и мертвые, страница 66 – Ярослав Заболотников

Странники отъехали подальше — Лайла сосредоточилась, и руины объяло пламя. Вместе с ним пришло разочарование. Пирамида не имела полостей, а под плиту основания вели только норы грызунов, да и те заканчивались тупиками. Очередной напрасно потраченный день.

Вдруг ветер донёс до чуткого слуха слово «красивый». На эльтаронском. Без акцента. Однако не от странников оно исходило — со стороны ручья. К тому же, судя по голосу, принадлежало маленькой девочке.

— Ещё один… — прозвучало вновь: слишком тихо, чтобы Джон и остальные услышали.

Удивлённая Лайла смотрела вдаль, на заросли между холмами, где пролегал ручей. Мелькнула мысль об Эсте, но зачем ей вдруг приходить, вдобавок посреди бела дня и уж тем более пытаться обратить на себя внимание столь странным способом.

Размышления подвинуло нарастающее волнение мефита. Он буквально забросал сознание изображениями ходившей у воды девчушки. Правда, в тенях та не таилась: её золотившиеся на солнце кудряшки сразу отмели версию с Эстой. Но откуда тогда волнение? Скарги переживал, что не сразу обнаружил ребёнка из-за зарослей или… святилище здесь возвели не случайно? Вдруг, с возвращением существ, в окрестностях появились те, чей зов мореплаватели считали роковым. Согласно книгам, он олицетворял собой чарующее пение, но что, если коварство допускало вариации?..

Лайла ментальной командой отправила мефита защищать странников, жестом попросила их подождать, а сама зашагала в объятия курчавых трав. Пока дурное воздействие не захлестнуло остальных, стоило разобраться в ситуации. Ведь сирены — кровожадное порождение тёмных магов.

В сжатых кулаках мерцали огненные руны. Немигающий взор устремлялся вперёд. Осторожные шаги приближали стену густых зарослей. Найдя прогалину, вампирша аккуратно протиснулась сквозь них, чтобы увидеть извилистый ручеёк и симпатичную девчушку. Босые ноги. Льняное платьице. Разноцветные камушки на ладони. И совершенно юный возраст: ей от силы исполнилось три. Сиреной она точно не являлась — на душе заметно полегчало.

Поняв, что девчушка больше ничего не собирает, а пристально смотрит в незнакомое лицо, Лайла поспешила её успокоить:

— Привет, — дружелюбный взмах рукой, не менее дружелюбная улыбка. — Я не хотела тебя напугать.

Однако девочка и не боялась. Наоборот. Просияла восторгом, щурясь от солнца, поглядела в небо, после чего вернула заинтересованный взор к Лайле.

Та же присмотрелась и поняла причину волнения мефита. Необычные глаза. Небесно-голубые с россыпью золотых искорок. Однако это легко объяснялось редким явлением: частичной гетерохромией. Бывает полезно листать медицинский трактат.

— Ты здесь одна? — полюбопытствовала Лайла, прикидывая, сколько в округе змей и других опасностей.

Девчушка отрицательно помотала головой.

— И хорошо, — улыбнулась вампирша. — Мы с друзьями проходили мимо, я случайно услышала тебя и удивилась. Ты говоришь на родном мне языке, хотя Эльтарон очень-очень далеко. Как тебя зовут?

— Эффи, — бодро ответила девочка.

— А меня, — ладонь коснулась груди, — Лайла. У тебя очень красивые глаза, Эффи. Словно тебя погладило небо и поцеловало солнце. Это редкий дар.

Девчушка заулыбалась, а вампирша указала рукой в сторону святилища:

— Здесь, неподалёку, находятся руины. Совсем старое строение. Со страшными статуями, — изменив голос на последней фразе и приподняв руки с полусогнутыми пальцами, вампирша шутливо изобразила чудище. — Скажи, Эффи, есть ли на острове ещё что-нибудь похожее?