Книга Живые и мертвые, страница 25 – Ярослав Заболотников

— А мой супруг, — продолжила за него Лайла, — благородный король-консорт, какой, несмотря на водные просторы вокруг, рискует остаться с опалённым языком.

— «Бьёт — значит любит» в новом исполнении? — весело спросил Джон. — Не думал, что стану жертвой народной мудрости, — он встал, приблизился к вампирше и положил ладони на стройную талию: — Есть ли способ избежать этой участи?

— Не шутить на каверзные темы, — пара изящных взмахов ресниц, и от устрашающего взора не осталось следа. — Тебе сложно представить, через что я прошла, чтобы вернуть тебя. Но если бы пришлось, повторила бы каждый шаг.

— Прости дурака, — виновато сказал Джон. — Забываю, что твои воспоминания не блекнут, — он ласково заправил за ухо каштановую прядь, а затем проникновенно посмотрел в изумруды глаз: — Честно, я даже не мечтал, что меня кто-нибудь будет так любить. Чище родниковой воды. Крепче стали. И это взаимно. Для меня нет никого дороже. Хотя, как бывалому солдату, мне порой сложно выразить чувства. Надеюсь, тебе хватает моего тепла…

Не сумев спрятать застенчивую улыбку за волосами, Лайла прильнула к крепкой груди и положила голову Джону на плечо:

— Твои сомнения напрасны… Как показал Виверхэль, всё живое, что есть во мне, даёшь ты…

— Н-да… — раздался сбоку голос Рэксволда. — Люди пьют, играют, веселятся, а голубки всё спорят, кто кого больше любит.

— Тебя не учили не подкрадываться? — подняла голову Лайла: в глазах её читалось возмущение.

— А к тебе что, подкрасться можно? — ассасин карикатурно поднёс к уху согнутую ладонь. — Джон на тебя старостью надышал, что ли? — опустилась ладонь. — Или рогатого чайки заклевали?

В отличие от флегматичного следопыта, Лайла эмоционально вспыхнула. А вместе с ней и руны на руках:

— Рэксволд, вот правда, — стала выпутываться она из окрепших объятий. — Я сейчас возьму и…

— Да не кипятись. Глянь лучше на Шойсу, — повернулся к палубе ассасин. — Ты хотела, чтоб он освоился. Вот. Я постарался.

Оценив загадочную физиономию Рэксволда, Лайла с замиранием сердца посмотрела в указанном направлении. Взгляд облетел задорных плясунов, упал следом за ударившей по струнам рукой и двинулся вперёд. Задержался на пятёрке матросов, по очереди бросавших дротики в прибитый к мачте треугольник, а затем резко устремился вдаль. Там, ближе к корме, оживлённо толпились моряки. Вскидывали вверх кулаки, что-то кричали. За фигурами можно было различить ящик, на котором мерялись силой две руки: светлая и тёмная. И дроу явно выигрывал: кисть соперника медленно кренилась к поражению.

Лайла перевела взволнованный взгляд на Рэксволда, и тот сразу же ответил на немой вопрос:

— Успокойся. Я донёс до него, что это игра, а не разминка перед боем. Не нужна ему там нянька. Не ребёнок всё-таки.

— А… — начала было Лайла.

— Никаких «а», — мотнул головой Рэксволд. — Я своим примером показал. Двоих всухую уделал. Он видел, как всё проходит. Видел, что проигравших не добивают. И задирать его никто не станет. Я предупредил: кто хоть пальцем его тронет, даже по пьяни, будет иметь дело со мной. С вопросами тоже докапываться не будут. Тут даже кретин поймёт, что это иностранец, который ни бэ ни мэ ни кукаре́ку.

— Всё предусмотрел, — усмехнулся Джон и незаметно ослабил объятия: разумные доводы охладили пыл вампирши.