Книга Талант под прикрытием, страница 37 – Брендон Сандерсон

— Что за чепуха, парень! Ты же Смедри!

— Но ведь я еще сегодня утром не подозревал, что это значит, – сказал я ему. – Я… как бы… не очень готов…

— Что заставляет тебя так думать? – спросил он.

— Некоторое время назад я попробовал применить свой талант, чтобы Бастилия не треснула меня сумочкой по лбу. Не сработало! И это не первый раз! Иногда я и хотел бы что-то сломать, да не получается. Зато когда совсем не хочу…

— Твой талант не огранен и не приручен, – сказал дедушка Смедри. – У тебя еще нет опыта его осознанного применения. Быть Смедри не означает просто обладать каким-либо талантом, это значит еще и виртуозно им пользоваться. Умный человек способен что угодно обратить к своей выгоде. Даже то, что на первый взгляд кажется катастрофическим недостатком!.. При этом, мальчик мой, таланты, присущие Смедри, никогда не становятся управляемыми до конца. Ими, при условии обширной практики, можно лишь в определенной степени овладеть. Со временем ты должен обучиться не просто ломать вещи по своему произволу – ты должен еще и ломать их так, как сочтешь нужным!

— Я… – начал я неуверенно, но продолжения так и не придумал.

— Что-то ты сам на себя не похож, Алькатрас, – сказал дедушка Смедри. – Где присущая тебе искорка духа, где упрямство, которым ты всегда пламенеешь?

Я хмуро осведомился:

— А откуда тебе, прости, знать, какой я на самом деле? Мы, если мне память не изменяет, только что познакомились.

— Да? Ты и вправду полагаешь, будто я на все эти годы бросил тебя в логове у Библиотекарей совсем одного, совсем без присмотра? И никогда даже не интересовался, как у тебя дела?

«Ну да, похоже, он вправду интересовался, – подумалось мне. – Вот и Бастилия что-то на этот счет говорила…»

— Только не надо лапшу мне вешать, дед, будто ты так уж хорошо меня знаешь, – упрямился я. – Ну вот, например, ты даже понятия не имел, в чем мой талант…

— Я подозревал его природу, мой мальчик, – сказал дедушка Смедри. – Впрочем, должен открыто признать: обычно я добирался до жилищ твоих приемных семейств уже после того, как ты оттуда съезжал. Тем не менее я непрерывно следил за тобой, хотя и на свой лад.

— В таком случае, – возразил я, – почему…

— Почему я не забрал тебя у приемных родителей? – спросил он. – Видишь ли, я не тот родственник, с которым ты был бы счастлив. Мальчику ведь нужен кто-то, кто вовремя явится на день его рождения… на матч с его участием… ну и всякое такое. А кроме того, имелись веские причины растить тебя именно здесь, в этом мире.

Объяснение, по моему скромному мнению, было весьма так себе, но что-то мне подсказывало – лучшего от деда в этот раз я не дождусь. Поэтому я только вздохнул.

— Гложут меня смутные сомнения, – сказал я, – много ли толку будет вам от моей персоны в сегодняшней драке. Я же совершенно не представляю себе, как использовать этот мой талант, о линзах же и вовсе молчу! Мне бы пистолет… или хоть меч… или еще что…

— Ах, мальчик мой, – улыбнулся дед Смедри. – Война, в которой мы сражаемся, не выигрывается ни пистолетами, ни даже мечами.

— Ну а чем тогда? Песком?

— Главное – информация, – сказал он. – Вот главная сила этого мира. Подумай сам. Тот тип, что сегодня наставлял на нас с тобой пистолет, он ведь обладал над тобой определенной властью. Ты не задумывался, отчего так?