Книга Талант под прикрытием, страница 100 – Брендон Сандерсон

«Нет, я должен что-то сделать», – думалось мне.

Бастилия яростно отбивалась, окруженная плотным кольцом врагов. Синг и Квентин уже лежали, прижатые к полу. И только меня, закатившегося под стену, временно оставили в покое как не представлявшего особой опасности.

Я лихорадочно оглядел комнату. Линзы Рашида лежали совсем рядом со мной, заманчиво поблескивая среди кучи битых моноклей. Их бросило туда тем же выхлопом, который сбил остальные линзы Блэкбёрна.

Я крепко сжал зубы.

«Я должен воспользоваться линзами Рашида, – твердил я про себя, потихоньку продвигаясь вперед. – Я должен… должен…»

…На минуточку. Я хочу, чтобы вы кое-что сделали для меня. Вспомните самое начало нашей истории. Самую первую главу, когда я даже еще не истолковал вам смысл своего имени. Помните, я разглагольствовал о ситуациях, связанных с жизнью и смертью? И о том, как они заставляют нас, грешных, вспоминать самые неожиданные материи? Перспектива смерти – в данном случае перспектива увидеть смерть дорогого мне человека – проделывает с рассудком странные шутки. Заставляет мысли двигаться, скажем так, по касательной.

И вспоминать вещи, которые при иных обстоятельствах показались бы не стоящими выеденного яйца.

Дедушка Смедри был обречен. И Бастилия тоже была обречена. И Синга они убьют.

И тут я обратил внимание на светильник, что каким-то образом уцелел на своей подставке, на столбике в самом центре комнаты. Так вот, его крепление здорово смахивало на рутабагу. То бишь на брюкву.

«Рутабага, – пронеслось у меня в голове. – Что-то я такое слышал совсем недавно! Рутабага… огонь над наследием!»

Я, как был, на карачках рванулся вперед, видя краем глаза, как оборачивается Блэкбёрн. Нырок – я выбросил вперед руки по направлению к линзам Рашида. Но схватил не их. Я сцапал линзу, лежавшую совсем рядом с ними.

Свою линзу поджигателя.

Ботинок Блэкбёрна приземлился мне на руку. Я вскрикнул, выронив линзу, и ко мне тут же бросились двое Библиотекарей-солдат. Они рывком вздернули меня на ноги и поволокли прочь. Один держал меня за правую руку, другой – за левую. Блэкбёрн лишь презрительно покачал головой.

Я успел увидеть, как какой-то Библиотекарь наконец свалил Бастилию. Она не сдавалась, но на выручку первому подоспело еще трое.

— Так, так, так, – проговорил Блэкбёрн. – Вот и снова вы все в плену.

На всякий случай он покосился на дедушку Смедри, но старик явно был неопасен. Он лежал, оглушенный, его нога кровоточила, а лицо распухало от синяков.

Блэкбёрн наклонился и поднял линзу поджигателя.

— Линза поджигателя, – сказал он. – Следовало бы тебе сообразить, мальчик: применять нечто подобное против меня бесполезно. Мое могущество несоизмеримо с твоим! – Он повертел линзу в руках. – А впрочем, хорошо, что ты доставил ее мне. Это такая редкость, что даже у меня в коллекции до сих пор не было ни одной. – Он нагнулся и подобрал линзы Рашида. – А эти!.. По идее, они должны оказаться самыми могущественными линзами из всех когда-либо существовавших. Твой сын, старик, посвятил всю свою жизнь собиранию этих Песков, так ведь?

Дедушка Смедри ничего ему не ответил.

— Пустая трата времени, – сказал Блэкбёрн и, покачав головой, поднес линзу поджигателя к глазу. – Итак, продолжим нашу беседу. Сейчас ты будешь отвечать на мои вопросы, старик. Ты поведаешь мне все тайны своего ордена и поможешь завоевать Свободные Королевства. – Он улыбнулся. – А если будешь упорствовать, я убью всех твоих друзей одного за другим.