Книга Рандеву с Варягом, страница 269 – Александр Борисович Михайловский

— Помните, Ваше Величество, - сказал адмирал, что эти люди бывают джентльменами лишь у себя дома. За пределами же своего острова они способны на любую подлость, если она позволит этим лордам и сэрам получить для себя выгоду. Достаточно вспомнить 1801 год и судьбу вашего несчастного предка, императора Павла I. Его гибель полностью на совести британцев. Впрочем, совесть для них - это предмет, цены не имеющий, следовательно, не обязательный к употреблению.

Николай заверил адмирала, что охрана его усилена, и многие опасные террористы уже арестованы. Не преминул он и поблагодарить адмирала за те консультации, которые дал министру внутренних дел империи фон Плеве и начальнику дворцовой полиции генералу Ширинкину, присланный им господин Тамбовцев.

Виктор Сергеевич заверил царя в том, что "господин Тамбовцев и далее приложит все силы для обеспечения безопасности Вашего Величества, и Российской Империи".

На этом радиопереговоры закончились. Царь подошел к окну, и долго задумчиво поглаживал умы и бороду. Я уже знал, что это было знаком того, что Николай находится в раздумье и что-то очень сильно волнует его.

Потом, видимо что-то решив для себя, он повернулся ко мне, и спросил,

— Скажите, господин Тамбовцев, что еще можно сделать для того, чтобы в нашей державе не произошли те страшные события, которые случились в вашей истории в 1917 году.

— Ваше Величество, - ответил я, - многое будет зависеть от того, как скоро удастся решить и удастся ли решить вообще основные проблемы, стоящие перед Российской Империей. И как бы это сказать, проблемы должны решаться в комплексе, а то, отдав все силы народному благосостоянию, можно проиграть войну завоевателю, или, готовясь к войне, получить голодный бунт. Кроме того, еще Шекспир сказал, что не все ладно в датском королевстве. Оглянитесь вокруг, и сами попробуйте понять, кто служит вам как самодержцу, не разделяя вас и Россию, а кто как шакал, только ждет подачек с царского стола. Об этом и многом другом мне бы хотелось бы с вами поговорить в любое удобное для вас время и в более спокойной обстановке.

Николай задумчиво кивнул мне. Потом я проводил царя до возка и тепло с ним попрощался.

01 марта (15 февраля) 1904 года. Санкт-Петербург, Утро. Дворец Великого князя Александра Михайловича. Набережная реки Мойки, 106.

Капитан Тамбовцев Александр Васильевич.

Похоже, что Николай не выдержал, и кое-что рассказал о гостях его сестры своей супруге, Александре Федоровне. Ну, а женщины, как известно, существа любопытные. Недаром из-за женского любопытства на земле начались все несчастья. Это я о гражданке Пандоре, которая совала свой нос туда, куда не надо.

Скорее всего, именно изнывающая от любопытства императрица и заставила супруга прислать нам "частную повестку" с приглашением на чай. В бумаге, подписанной камер-фурьером, указывалось время и место, куда мы должны были прибыть. Царь изволил чаевничать в 17.00. (пресловутый английский "файф-о-клок"), и быть к этому времени мы должны были в Передней зале Зимнего дворца. Насчет формы одежды, которая обычно указывалась в "частной повестке", не было ни слова. Наверное, Николай знал о том, что мы прибыли совсем недавно, и парадными костюмами и платьями просто не успели обзавестись.