Книга Рандеву с Варягом, страница 229 – Александр Борисович Михайловский

Нина Викторов, немного утомленная ночным путешествием, присела на мягкий диван и, кажется, задремала. Османов и Бесоев, закончив свою работу, попросили сопровождающего, и пошли расставлять посты. А я попросил управляющего предоставить нам комнаты для отдыха. Он сказал, что все уже готово, и господа могут отправиться почивать.

Я вошел в небольшую комнату с окнами, выходящими в сад, отдернул штору и посмотрел в окно. В саду было темно и безлюдно. Лишь время от времени по расчищенным от снега аллеям неспешно проходила фигура с винтовкой за спиной, в черной флотской шинели и с башлыком. Это был матрос с "Паллады", который нес караульную службу. Наши бойцы расположились в секретах на крышах дворца, и осматривали территорию с помощью приборов ночного видения. Постояв немного у окна, и полюбовавшись на сад, я почувствовал, что мои глаза слипаются. Я подошел к кровати, разделся, лег, точнее, погрузился, как в ванну, в толстенную пуховую перину, выключил свет, и через мгновение провалился в глубокий сон без сновидений.

27(14) февраля 1904 года. Санкт-Петербург. Утро. Дворец Великого князя Александра Михайловича. Набережная реки Мойки, 106.

Капитан Тамбовцев Александр Васильевич.

Проснулся я от звуков шагов за дверью, и деликатного покашливания. С трудом оторвав голову от подушки, я вылез из-под одеяла, и прислушался. За дверью кто-то переминался с ноги на ногу. Быстро одевшись, и сполоснув лицо в тазу с чистой водой, стоявшем на табурете в углу комнаты (ночью его не было!), я подошел к двери и рывком открыл ее. За дверью стоял человек в ливрее лакея, похожей на фрак, и с пышными бакенбардами.

— Господин Тамбовцев, - сказал он мне, - Их Императорское Высочество, Великая Княгиня Ксения Александровна, приглашает вас к завтраку. Я провожу вас в столовую.

Я попросил обождать меня немного и, вернувшись в комнату, достал из внутреннего кармана шинели конверт с письмом ее супруга. После чего отправился вслед за лакеем.

В столовой я увидел сидящих рядом за столом Нину Викторовну и женщину лет тридцати. Я сразу же узнал Ксению, сестру Николая II. Внешне она была очень похожа на свою мать, Вдовствующую императрицу Марию Федоровну. Впрочем, в ее лице можно было увидеть и черты лица отца, императора Александра III. Может быть, именно поэтому, она была любимицей семьи. Женщины сидели, и оживленно разговаривали о чем-то о своем, о чем могут говорить лишь женщины. Много слов, и все о пустяках. В этом представительницы слабого пола начала ХХ века ничем не отличаются от женщин века XXI-го.

— Доброе утро, Александр Васильевич, - с очаровательной улыбкой поздоровалась со мной Ксения. - Как вам спалось на новом месте?

— Доброе утро, Ваше Императорское Высочество, - ответил я, - спалось прекрасно. Я вижу, что вы уже успели познакомиться с Ниной Викторовной, и нашли с ней общий язык?

— Мы, женщины, всегда поймем друг друга, - кокетливо улыбнулась Ксения. - Вы наверное проголодались? Я сейчас прикажу, чтобы подали на стол.

Завтрак был чисто английский: яичница с беконом, тосты и черный чай с джемом. За едой легкий, ни к чему обязывающий разговор продолжился. Ксения интересовалась, как мы путешествовали, какая была погода, и жаловалась на то, сколько неудобств людям доставляет эта проклятая война.