Онлайн книга «Алый флаг Аквилонии. Итоговая трансформация»
|
И тут же на другом фланге огнем пулеметов и автоматов ощетинились позиции взвода лейтенанта Авдеева. Пулеметной, да и автоматной пуле глубоко безразлично, есть на ее жертве доспехи или нет. Вставали на дыбы ржущие от боли кони, страшно кричали подстреленные верблюды, падали наземь с проклятьями на устах раненые всадники. И в этом беспощадном огне вражеский отряд таял как кусок льда в крутом кипятке. Огневые клещи удались в полном объеме, пусть и не совсем так, как задумывалось изначально. Часть берберов успела развернуть коней к бегству прочь из этого страшного места, но драккары на полном ходу не отставали даже от лошадей в галопе, и поливали, поливали, поливали беглецов во фланг пулеметными и автоматными очередями. И в довершение всего, доводя ужас побежденных просто до невероятной величины, над этой кипящей бойней с тихим шелестом проскользил челнок темных эйджел. Приземлившись в километре позади ставки амира, летательный корабль раскрыл кормовой люк, выпустив из своего чрева вооруженных людей в черной униформе - выбегая, те тут же изготавливались к открытию огня. Собственно, это было последнее, что увидел обратившийся в бегство Сабир ибн Хабиб перед тем, как прибывший по срочному вызову ангел смерти Азраил принялся извлекать его душу вилами через задний проход. Ибо это у праведника душа отлетает сама, а чтобы вынуть ее из грешника, ангелу смерти нужен большой опыт практической проктологии. Дело было сделано, теперь оставалось самое малое: пойти и добить выживших сарацин, после чего разработать план тихого и бескровного захвата вражеского лагеря. Никто из некомбатантов во время этой операции не должен пострадать даже случайно. 4 августа 3-го года Миссии. Воскресенье. Три часа пополудни. Дальние окрестности Большого Дома, место битвы с сарацинами. Отгремели пулеметы, и вперед, аккуратно переступая через ряды спотыкача, пошли легионеры Гая Юния. Потери от стрел они понесли очень небольшие, по большей части ранеными, а не убитыми, и теперь на них была возложена задача сделать еще живых врагов мертвыми. Уцелевших растяжек главный военный вождь не опасался. После катафрактов и верблюжьих лучников по минному полю густо прошла берберская кавалерия, так что там наверняка не осталось ни одной несработавшей американской «лимонки». Наталкиваясь на раненых врагов, бойцы без всяких дополнительных вопросов наносили мечами и копьями удары милосердия: катафрактам в смотровые щели между шлемом и кольчужной завесой, прикрывающей лицо, а всем остальным в горло, чтобы эти люди, ненужные в мире до начала времен, прекратили процесс своего дыхания. Ту же «услугу» легионеры оказывали тяжелораненым лошадям и верблюдам. Животных, избежавших ранений или раненых достаточно легко, девицы Виктора де Леграна отводили в сторону и, спутав ноги, сбивали в табун. Набралось лошадей с тысячу голов (уцелела примерно каждая третья) и еще примерно с сотню верблюдов, что бродили неприкаянными призраками, потому что «волчицы» опасались к ним подходить. Вот еще будет забота - запасать для всего этого стада корма на зиму. Глядя на все это, главный военный вождь (и в то же время главный охотник) подумал, что неправильно будет дать напрасно пропасть такому большому количеству дармового мяса и шкур. То, что лежит на этом поле, равно добыче двух или трех Больших Охот, а потому все население Аквило-нии, не задействованное в дальнейших военных операциях, за исключением маленьких детей, должно прибыть сюда и включиться в процесс реализации плодов победы. И идущие по Пути Искупления тут не исключение. Им должна достаться самая тяжелая и грязная работа, а вот подопечные леди Натальи, напротив, будут играть здесь роль высококвалифицированных специалистов. Уже через сутки все тут засмердит самым отборным скотомогильником, и тогда туши животных, которые не удастся вовремя разделать, придется просто покидать в реку вслед за трупами их хозяев. |