Книга Алый флаг Аквилонии. Железные люди, страница 98 – Александр Борисович Михайловский

Все выглядело так хорошо и благостно, что исподволь возникали мысли о каком-нибудь подвохе от Посредника. И не зря...

На рассвете двадцать девятого июня, как раз, когда «Медуза» и драккары должны были сниматься с якоря, на морском аварийном канале ожил эфир. Дежуривший на рации в тот ранний час Алексей Михайлович Герн-гросс схватил карандаш и принялся лихорадочно записывать радиограмму, не вникая в смысл слов. И лишь когда текст передачи был записан до последней точки, бывший летчик принялся читать сообщение, против всех правил, переданное на русском языке: «Пан-Пан, Пан-Пан, Пан-Пан. Я - малый контейнеровоз Дмитрий Онома-гулос, государство флага Югороссия, порт приписки Константинополь. Позывной: ZTFE. Местоположение неизвестно, потеря ориентировки, последняя известная локация - две мили северо-западнее маяка на мысе Тарифа. Выброшен на берег. Прошу помощи. Прием».

Некоторое время Алексей Михайлович раздумывал, разбудить ли немедленно Сергея Петровича и Андрея Викторовича, чтобы обрадовать новым «подарком» Посредника. Но потом решил, что не стоит. За час с хвостиком, что остался до побудки, выброшенный на берег корабль не утонет и не уплывет в неизвестном направлении, тем более что место чрезвычайного происшествия - совсем рядом с последней якорной стоянкой «Медузы» и драккаров. Это не самолет в воздухе, что за час пролетает пятьсот-семьсот километров. И вообще, черт возьми, что это за государство Югороссия, и почему портом приписки назван Константинополь, а не Стамбул? Кстати, как раз возле мыса Тарифа в эту ночь бросили свои якоря корабли Сергея-младшего. Товарищ младший профессор и без советов из Большого дома на месте прекрасно разберется, что там за малый контейнеровоз лежит на берегу.

Едва «Медуза», распустив паруса, вышла из-за прикрытия мыса Тарифа, как впередсмотрящая на марсе фок-мачты крикнула: «Вижу по правому борту корабль на берегу!». Впрочем, очередной сюрприз Посредника был прекрасно виден и со шканцев, поэтому головы Сергея-младшего, адмирала Толбузина, капитано ди фрегате Раймондо Дамиано, майора Бояринцева, капитана Гаврилова и капитан-лейтенанта Голованова сразу повернулись вправо. Контейнеровоз на ровном киле стоял к ним кормой примерно в километре от берега, и на фоне окружающих редких сосен и пальм казался каким-то странным аттракционом, вытащенным в парк культуры и отдыха ради развлечения гуляющей публики.

— Номер два, - сказал Сергей-младший, поднимая к глазам бинокль. - Только «американца» разбило вдребезги, а этот кажется целехоньким. И посмотрите, Никифор Васильевич, на корме у этого чуда природы полощется русский триколор...

— Вижу, Сергей Васильевич, - ответил адмирал, разглядывая корабль в подзорную трубу. - Но скажите, что это за судно? Никогда не видел ничего подобного...

— Такого, пожалуй, не видели и Николай Иванович с Василием Андреевичем, - хмыкнул тот, - ибо подобные корабли появились гораздо позже их времени.

— Да, товарищ младший профессор, не видели, - подтвердил капитан-лейтенант Голованов. - Но просветите же нас, отсталых и необразованных, что это за несуразная конструкция, с виду напоминающая плавучий склад...